Бульварный эпос
Появление в литературе фигуры сыщика или следователя возможно лишь в цивилизованном обществе, где соблюдаются хотя бы элементарные права личности. До этого следствие производится другими людьми и с применением самой примитивной следственной тактики. Подозреваемого и свидетелей просто вздергивают на дыбу и допрашивают с пристрастием, пока те не выложат всю подноготную, а главным дознавателем служит палач.
Самая передовая цивилизация когда-то была в Китае. Вот китайцы и придумали детектив. Они вообще изобрели все на свете, кроме ложки: бумагу, книгопечатание, порох, фарфор, компас. Уже в Средние века в Поднебесной одним из героев народной городской повести стал справедливый судья, расследующий загадочное убийство. Конечно, и он использовал бамбуковые палки в качестве средства убеждения, но если обвиняемый не сознавался в преступлении, а улик и свидетельских показаний оказывалось недостаточно, наказывали судью. Он уходил в отставку и получал ту меру, которую сам собирался применить к подозреваемому. Обычно лишался головы. Так что у него имелся отличный стимул для сбора доказательств и их аналитической обработки.
Поскольку детектив - жанр массовой литературы, обязательно наличие читающих масс. В средневековых китайских городах уровень грамотности оказался достаточно высок для появления полноценного масскульта. В России подобные условия возникли лишь после отмены крепостного права. В связи с этим многие сразу вспомнят "Преступление и наказание" Ф. М. Достоевского. Бытует мнение, что знаменитый роман вполне может считаться детективом. Возникло оно все из-за той же неисследованности жанра и отсутствия внятной терминологии. В детективе необходимы загадка и особый главный герой, а здесь все ясно с самого начала, так что это скорее криминальная драма. (Вот "Братья Карамазовы" - уже ближе к жанру.)
Детектив не так следовало писать. А как? Процитирую рецензию Егора Годунова (Валерия Исхакова) "Акунизация всей страны. Гомункул русской литературы" из еженедельника "Книжный клуб" (Екатеринбург, 2000, № 3): "Вы вот, к примеру, Федор Михайлович, несчастную старушку-процентщицу угробили, только-то и делов, а уж такую философию развели, такой талмуд отгрохали. Проще надо, батенька, проще. И главное - короче. Почитайте Агату Кристи, к примеру, или Гарднера с Чейзом, посмотрите пару детективов американских: одного убили, второго, третьего - и никакой философии, и ловкий сыщик в два счета убийцу определил, дело закрыл, все довольны. Порфирий Петрович, впрочем, у вас хорош. Вот если бы его назначить главным героем романа, а не Раскольникова, да сделать помоложе, попривлекательнее - потому как женщины нынче тоже детективы читают (и даже пишут!), - и любовь обязательно пришпандорить, пусть даже и несчастную, но только без этих ваших падших женщин, имя ему сочинить позаковыристее..."
Говорить о российском детективе и не вспомнить Б. Акунина просто непозволительно. Это самое имиджевое литературное имя, даже, как утверждают некоторые, знаковое и культовое. Hо всякий культ рано или поздно оказывается развенчан. 22 июня 2001 года в телепередаче "Графоман" на общероссийском канале "Культура" ведущий Александр Шаталов на глазах, думается, миллионов телезрителей выбросил в мусорную корзину роман Б. Акунина за то, что он издан в карманном формате, на серой бумаге и в мягкой обложке. И высказался в том духе, что подобную продукцию, отпечатанную пятидесятитысячным тиражом, интеллигентному читателю и в руки-то неприлично брать. Как он прав! В погоне за прибылью издатель Захаров и писатель Акунин злостно нарушили правила игры. Лауреат "Антибукера" не имеет права перекочевывать в масслит - это профанация и попса. Своими необдуманными действиями Акунин не только подорвал процесс беллетризации мейнстрима. Теперь получается - либо наши интеллектуалы стали жертвами ловких литературных проходимцев, либо массовый читатель ничуть их не глупей. В общем, место элитарного беллетриста, похоже, становится вакантным. Теперь остается дождаться только выхода прайм-таймового телесериала "Азазель" для всеобщего семейного просмотра и выпуска какой-нибудь кондитерской фабрикой шоколадных фандориных в золотой фольге с присыпанными сахарной пудрой висками, чтобы все окончательно встало на свои места...
Конечно, основную массу современных российских детективов составляет откровенная макулатура. Hо читатель, поверьте, в этом не виноват. Да и писатели тоже. Это издательская политика. Ведь большинство издателей считает себя интеллектуалами и, следовательно, презирает масскульт и его потребителей. И живет стереотипами советских времен. То есть требует от авторов побольше крови, секса и стандартных сюжетных ходов. А главное скорости. Одноразовые книжки должны выскакивать из печати со скорострельностью "калашникова". Они и летят, все единого стандартного калибра - примерно 5,45 миллиметра. Что-то более весомое проходит с трудом. А люди покупают, читают и с раздражением плюются, но особого выбора у них нет. Издательства, как правило, выплачивают одинаково нищий гонорар и за откровенную халтуру, и за штучный проблемный триллер. В конечном счете остаются по большей части халтурщики. Hо в последнее время от них требуют наличия современных реалий, бытовых подробностей и патриотической линии. Читатель хоть и с трудом, но тоже кое-что диктует.
Именно волна читательского спроса породила российский женский детектив - явление своеобразное и в определенном смысле национальное. Тут, естественно, полагается ритуальная песнь во славу Александры Марининой. Hо звезда ее меркнет, очарование успеха постепенно развеивается. Года четыре тому назад, когда она была на пике популярности, я спрашивал знакомых женщин, с упоением читавших ее романы, чем привлекателен для них образ следователя Каменской. Они сразу терялись и начинали бормотать что-то невнятное. Потом одна из них созналась, пожав плечами: "Какая-то она никакая. Вечно у нее спина болит и кофе кончился. Мне она и неинтересна вовсе. А вот читаю, как женщин чуханят, чуханят и наконец зачуханивают, и думаю: другие-то еще хуже меня живут. И мне сразу как-то легче становится". В общем, речь надо вести о психотерапевтической функции женского детектива. Кстати, сейчас у этой дамы полный порядок на работе и в личной жизни, о романах Марининой она вспоминает с усмешкой и переключилась на истории о душке Фандорине. Рад за нее.