Спокойное течение жизни (СИ)
А главное - как замечательно повод-то выбран, а! О том, что Казума у нее, оказывается, "прынц", пусть и бывший, Какитцу даже не догадывалась! А этот партизан молчал, засранец!
- Чего не спишь? - Спросили из-за спины.
"Совсем расслабилась! - С неудовольствием подумала вздрогнувшая Какитцу. - Еще год назад спокойно отслеживала все в радиусе тридцати метров! Хотя, Казик - уже почти свой, родной. А вот если б была настоящая опасность - мы б еще посмотрели бы, кто кого!"
- Волнуешься? Из-за работы?
Ну, все верно - с точки зрения этого парня ей больше не о чем беспокоиться, кроме, как о работе. И правильно. И хорошо. Пусть и дальше так думает!
Она кивнула.
- Не волнуйся об этом. Я уверен, все будет хорошо.
Она снова кивнула. Хотя, "все будет хорошо" - с этим она была не согласна. Не по тому, что вредная, а потому то предчувствия.
+++
- Обговорим условия, господин Радович?
Даже самому ненаблюдательному человеку было бы видно, что Радович очень... очень-очень доволен согласием Казумы. Пусть даже преподнесенное, как предварительное. Пусть даже особого выбора у Казумы не было. Мог ведь отказаться чисто из гонору.
С другой стороны, с такого жука, как Радович, сталось бы имитировать радость - вряд ли он не понимает безвыходности ситуации, в которой находится Казума... в том числе и его, Радовича, стараниями.
Разговор происходил не в кабинете директора фабрики, как ожидал Казума, а в том самом ресторане, из которого выгнали Какитцу. При разговоре присутствовали невесты Радовича ("Они, оказывается, официально еще не поженились, Кази. - Какитцу потрясла перед ним газетами. - Но это дело времени - у Радовича просто нет других вариантов!") и... Какитцу!
Последняя, кажется, была, скорее, довольна приглашением, чем нет. Ну, это объяснимо - хоть какое-то моральное удовлетворение получит, завтракая с таким важным человеком в ресторане, из которого ее, пусть и без скандала, но выкинули... Кислые и чуть сбледнувшие физиономии руководства ресторана (включая аж самого владельца, выбежавшего проконтролировать обслуживание столь важного гостя) подтверждали правильность предположений Казумы, касающихся мотивов Какитцу.
- Ну, не думаю, что есть смысл обсуждать вопрос денежного вознаграждения, господин Казума. Директор филиала за границей. Есть штатное расписание. Есть сетка окладов. Менять там что-либо представляется мне контрпродуктивным. Я, вообще, больше рассчитываю на ваш искренний интерес к самой работе.
- Не слишком ли опрометчиво, господин Радович? Ни показать себя, ни зарекомендовать себя я еще не успел... А вы уже хотите поставить меня на такую должность - директор зарубежного представительства. Или вы таким любопытным образом решили обанкротить предприятие? А потом свалить все на менеджмент некомпетентного иностранного специалиста?
- Отнюдь. Поверьте, нет смысла банкротить эту, вполне себе уверенно стоящую на ногах, макаронную фабрику... Но мне почему-то показалось, что продвигать принципиально новый продукт там, где, как я считаю, он будет иметь наибольший успех - вам будет крайне интересно... Да и вряд ли вам самому не хочется показаться в родных краях, в Японии... в несколько изменившемся качестве. Я не прав, нет?
Prikolno, как тут говорят. А он-то несколько минут назад тихо про себя посмеивался над детским желанием Какитцу пофорсить перед бывшими коллегами в ресторане.
Хочется. Ой, как хочется, господин Радович. Тут вы угадали, да...
Продолжение следует...