Без названия (Ну так может мне кто-нибудь сказать)
Евгений Антонов
* * *
"Ну так может мне кто-нибудь сказать, что означает это слово?!!" Мих-Мих готов был взорваться. Ладони его вспотели, в висках пульсировало. Пытка продолжалась уже полчаса. Что бы успокоиться, он беспрестанно вертел в руках ручку. Тоха и Дюха, однако, были как всегда спокойны и занимались на половину уроком, на половину - кто чем хотел. Дюха, сидящий справа от Мих-Миха, держал в руках веревку, другой конец которой был привязан к двух ярусной кровати, стоящей неподалеку, и, меняя ее натяжение и дергая как струну, экспериментировал со звуком. Тоха, сидящий по другую от учителя сторону, проверял режимы работы наручных электронных часов, поочередно нажимая на кнопочки.
" Мы не нашли его в словаре," - Тоха отложил на время часы, поняв, что ему, как старшему из братьев, придется, все-таки, как-то выкручиваться.
" Тогда почему же вы его в тетрадь не выписали?"
" А чего его выписывать-то, если его все равно в словаре нет?"
" Да быть того не может! Кроме того, я вам переводил его на прошлом уроке. Ладно, читаем дальше. Чья очередь?"
Бросивший свою веревку и начавший, было, дремать Дюха встрепенулся : очередь была его. Он начал судорожно искать то место, где закончили читать, водя пальцем по странице. Не найдя его и примерно прикинув, где оно может быть, начал читать наугад.
" Да мы же это уже читали!"
" Как читали?"
" Ты же и читал."
" Не угадал, " - подумал Дюха.
Не выдержав, Мих-Мих сам показал, где нужно читать и тут же подскочил от неожиданного грохота, раздавшегося слева от него : Тоха, раскачиваясь на стуле, не рассчитал и рухнул вместе со стулом на пол, зацепив при этом, промелькнувшими в воздухе ногами, свой учебник и свисающий провод от настольной лампы, от чего та, естественно, тоже не осталась на месте, а грохнулась на стол и погасла. Мих-Мих тут же вспомнил Тохину мать и то, как она уверяла его в одаренности своих прелестных мальчиков и их тяге к языкам, в то время, как отец их сказал напрямую, что ему наплевать на то, хотят они учить английский или нет, они должны на нем говорить, как "все нормальные люди".
" Извините, " - невозмутимо проговорил Тоха, усаживаясь на место и втыкая вилку шнура от настольной лампы обратно в розетку.
Дюха ржал, держа палец на странице, чтобы снова не потерять нужное место.
Наконец Мих-Миху удалось заставить его читать. И он начал, безуспешно пытаясь подавить смех и напрочь позабыв о том, что слова в английском языке читаются вовсе даже не так, как они пишутся. МихМих, собрав всю волю в кулак, методично заставлял произносить его каждое слово правильно, что удавалось Дюхе только с третьего или четвертого захода. Мих-Мих то и дело смотрел на часы, прикидывая, хватит ли ему сил до конца урока. В голове его мелькали мысли о том, насколько все это ему нужно, пусть даже за деньги.
Когда они дошли до середины предложения, процесс был прерван тоскующим без дела Тохой : " Михаил Михайлович, можно мне выйти на минутку?"
" Иди, " - ответил Мих-Мих, не оборачиваясь и принуждая Дюху закончить начатое.
" Ну, слава Богу, прочитали. Теперь переведи ."
Дюха, привыкший к тому, что если один из них читает, то переводит уже другой, никак не ожидал такого поворота событий.
" Как, переводить тоже мне?!!"
" Но ты же видишь, что Антон ушел."
" Вот гад, - подумал Дюха, пытаясь вспомнить, что могло бы означать первое слово, - вовремя смылся."
" Ну? В чем проблема? Слова этого не знаешь? Да мы же его сегодня уже раз пять переводили! Вспоминай быстрее."
Дюха начал вспоминать методом "научного тыка", перечисляя все возможные, с его точки зрения, варианты значения этого слова, надеясь на то, что Мих-Мих не выдержит и сам его назовет.
Так оно и случилось. " Это местоимение МЫ. Двоечник."
" Я не двоечник."
" Тогда переводи."
Тоха пришел лишь после того, как напился на кухне чаю и поиграл с котом. Причем, кота он приволок с собой. Это был здоровенный котяра, традиционной серо-полосатой окраски, недавно кастрированный и от того злой, как собака. Тоха устроил с ним настоящую борьбу, стараясь как можно дольше удержать его у себя на коленях.
" Nice to meet cat. What's your name?" - Мих-Мих оставил в покое совсем ошалевшего от такого напряга Дюху и обратился к коту, дабы дать себе передышку и сохранить, при этом, внешнюю видимость урока.
Кот, раздраконенный Тохой и не понимающий по английски, принял, видимо, все это за оскорбление. Как только Мих-Мих протянул к нему руку, собираясь его погладить, он вцепился в нее всем наличным арсеналом зубов и когтей. При этом, уши его были прижаты, а глаза округлились, как у бешенной селедки.
" Ой, бля-а!" - взвыл учитель.
Коту, однако, этого показалось мало и он начал яростно лягаться задними лапами, раздирая рукав джемпера и расцарапывая руку до крови.
Тоха и Дюха бросились учителю на помощь, извиняясь за поведение кота и утешая Мих-Миха тем, что он не первый пострадавший от него, и что все его предшественники живы и здоровы, и что страшного в этом ничего нет.
Пока велась борьба по усмирению и изгнанию кота из комнаты, урок незаметно подошел к концу и Мих-Мих, "зализывая раны", начал спешно диктовать домашнее задание. Окончательно придти в себя он смог только на улице. Повернув за угол дома, он сообразил, что идет в другую сторону, и что ему нужно еще на другой урок, к Хромовым, чью дочку он относил к разряду "тяжелой артиллерии". От неотвратимости предстоящего ему вновь стало нехорошо, но, будучи человеком обязательным, он не мог позволить себе не придти. Накинув капюшон куртки и сунув руки поглубже в карманы, он развернулся и пошлепал по мокрому снегу в другую от родного дома сторону.
" А ведь у Хромовых еще и собака есть!"
10.12.99