Лифт в преисподнюю

— Где же настоящее ожерелье?
— Оно стало главным украшением ювелирной коллекции господина Барзая. Он сейчас наверняка любуется им, как скупой рыцарь своими сокровищами. Вторая копия, еще лучше, чем наша, в чемодане одного армянского грузина и едет в Кутаиси, где ее ждут религиозные отцы горной страны и оголтелые фанатики, верящие в то, что какая-то побрякушка спасет их отечество от полного развала. Старый вор и мошенник Горонян, Нодия, станет национальным героем, будет доживать свои дни в роскоши и покое, попивая прекрасное вино на родных горных просторах.
— Значит, я зря старалась? Испортила всю песню? Мы лишились огромных денег.
— Денег у нас хватает. Их больше, чем ты можешь себе представить. Важно, что ты начала думать о семье и оказалась отличным партнером. Два достоинства в одной очаровательной девушке. То, о чем я мечтал.
— Ну, слава богу, угодила. Как я устала! Последний год для меня был серьезным испытанием. Неужто все кончилось и теперь я смогу, ни о чем не думая, греться на песочке у теплого моря и смотреть на белых чаек в синем небе? Благодать. Бархатный сезон в разгаре.
Чаров улыбнулся.
— Недельки две-три тебе хватит?
Ника встрепенулась.
— А потом что? Начнутся холода?
— Нет, партнер. Потом начнется работа. Я уже нашел клиента. Его интересуют сокровища древних ацтеков. Так что, нам предстоит поездка в Мексику. Я уже составил план на ближайшие два года. Работенка предстоит не из легких. Одно утешает, в Мексике нет таких следователей, как Трифонов. Он у нас один такой.
Вероника открыла рот. Она хотела что-то сказать, но промолчала. Чаров все равно не услышал бы ее, он мечтательно смотрел в иллюминатор и улыбался. Очевидно, его мысли были уже в Мексике.