История гуманоидных цивилизаций Земли

В то слезоточивое время перемен среди скифских жриц и жрецов находился молодой человек во цвете лет и сил по имени Рама. Он также готовился к священнослужению, однако глубокая душа Рамы и ясновидящий ум возмущались при виде этого кровавого культа.
Младой друид был нрава кроткого и добродетельного, он выказывал с ранних лет необычайную способность к распознаванию целебных и ядовитых свойств красивых растений, к приготовлению их соков, а также к распознаванию звезд и их влияния на человеческую судьбу. Он был способен угадывать и видеть самые отдаленные вещи, знать прошлое и будущее. Как по капле воды можно судить обо всем океане, так и Рама судил по одному вздоху обо всем человеке. Отсюда распространилось его влияние даже на старейших друидов.
Доброжелательство и величие исходило из его благолепных речей и из всего его светлого и кроткого существа. Мудрость Рамы составляла поразительный контраст с безумием друидесс; с мрачными проклятиями, с шаманским камланием ведьм, которые изрекали они в своем исступленном молении кровавым элементалям. Друиды ариев называли Раму просто: «тот, который все знает». Простые же скифские народы прозвали его «вдохновенным миротворцем свыше». 
 
Юность гения
Кулики поют из века в век,
Хвалят топь, где сгинули мужчины,
Где закон: чем больше человек,
Тем быстрей его сожрет трясина.
Из низины выйдет голос: «О-о-ох!»
«Тс-с-с...» — ему в ответ 
простонет кто-то.
Хлопнет в два крыла куличий бог.
«Буль-буль-буль» — трехточие
болота...
В отрочестве и юности Рама неудержимо стремился к духовным познаниям, поэтому упорно странствовал по всей Скифии. Он родился на Южном Урале, в небольшом тихом городке Верхняя Зольда, там же закончил начальную школу. Затем отрок покинул родные леса и горы. Он уехал на восток, где получил университетское образование в городе Ардааме (закончил биофак) и с дипломом ветеринара уехал пополнять свои знания в полуденные страны. Как глубоководная рыба, повзрослев, уходит с мелководья в море, так и душа Рамы уплыла от берегов Урала, чтобы погрузиться в таинственные бездны знания на Крите и в Египте. Очарованные его личными познаниями в астрологии и теософии, его девичьей скромностью и благопристойным поведением, жрецы Древнего Египта и Крита, Тибета и Индии поведали Раме часть своих эзотерических знаний.
Вернувшись в заметенную снегами и предрассудками Скифию в возрасте 25 лет, Рама был страшно потрясен при виде культа человеческих жертв, свирепствовавших среди его расы. Он видел в этом признак скорой погибели ариев. Но как, но чем побороть этот страшный обычай, распространившийся благодаря властолюбию друидесс, заседавших в парламентах скифских стран? Во время очередной медитации Рама обратился к Разуму созвездия Орион. Орионцы в то время курировали молодую расу. Чтобы остановить деградацию гипербореев и помочь Раме, орионцы выработали новый вид вируса чумы. Вирус был генетически изменен и укреплен, для того, чтобы он мог бесперебойно работать в условиях Крайнего Севера. В новой чуме, ниспосланной свыше только на белых, Рама увидел наказание Небес его народу за кощунственный культ.
Невиданная доселе чума заражала белого человека и через кровь, и через самые источники жизни. Все тело покрывалось черными пятнами, дыхание становилось зараженным, распухшие и разъеденные нарывами члены искривлялись, и больной умирал в страшных мучениях. Дыхание живых и смрад от мертвых распространяли заразу по всей Скифии. Обезумевшие белые люди падали тысячами, сотнями тысяч, вымирали целые города и страны, населенные северянами. Огорченный эпидемией Рама тщетно искал средства к спасению в египетских и индийских книгах. Но никакие лекарства и заклинания не помогали.
В юности Рама имел обыкновение предаваться молитвенному размышлению под развесистым кудрявым дубом на тихой лесной поляне. Однажды вечером он долго и мучительно размышлял над страданьями своей расы. Потом Рама заснул у подножия могучего древа. Во сне он услышал, как сильный и звучный голос звал его как бы издалека по имени. Рама проснулся и увидел перед собой величественного человека, одетого в такие же ниспадающие белые одежды друида, какие были и на нем. У пришельца была белая кожа, а росту в нем было семь метров. Небожитель держал жезл, вокруг которого обвивалась змея. Удивленный Рама намеревался спросить у великана, что это все значит. Но незнакомец плавно взял его за руку, поднял Раму и показал ему на ветку омелы на том самом дереве, под которым он спал. При этом пришелец ласково произнес: «О, Рама! средство, которое ты ищешь от чумы, здесь, перед тобой». Затем великан достал из своих одежд маленький золотой серп, отрезал ветку и подал Раме. Он произнес еще несколько величавых слов о том, как приготовлять омелу, и исчез. Небожитель дематериализовался, испарился, растаял, как утренний туман над осенней рекой.
Цветут над лесом птицы 
и стрекозы, 
А по полянке девушка идет:
Невидимую видит здесь березу, 
Которую срубили в прошлый год.
Ей чудится свиданье под березой 
С кудрявым эльфом, сильным, 
словно дуб.
Он — на коленях — о девичьи слезы 
Не может потушить горящих губ.
На месте, где они ласкались ртами 
И мучили друг друга чистотой
Цветет береза белыми цветами,
Цветет омела белою мечтой…
Тогда Рама понял, что он не спит, он сразу же почувствовал себя сильно очищенным, повеселевшим и энергичным. Внутренний голос сказал ему, что в лице небесного друга он нашел спасение от страшной заразы пятого тысячелетия. И Рама приготовил омелу по совету призрачного неземлянина с золотым серпом. Молодой друид дал выпить этот напиток больному. И, о чудо — больной выздоровел! Волшебные исцеления, которые затем производил Рама, доставили ему большую известность во всех городах, поселках и странах Скифии. О нем, как о величавом эскулапе, стяжающем славу богов, заговорили с благолепием по радио и на телевидении, были организованы телемосты между Туле, городами Азии и городами Европы. Ходоки и посланники всюду призывали Раму для излечения заболевших и обезумевших скифов. Однако часть тайны излечения Рама держал в ослепительном секрете. Спрошенный друидами своего родного города, Рама доверил только им свое открытие, выражая желание, чтобы оно осталось тайной жреческой касты Верхней Зольды, дабы обеспечить ему авторитет, голоса избирателей и силу.
Многочисленных учеников Рамы, летавших на пузатеньких медицинских самолетиках с места на место, из области в область по всей Скифии, считали божественными вестниками, а самого Раму — полубогом. Величайшее событие излечения стало основой нового культа. Омела явилась с тех пор священным растением. В память оного события, Рама учредил праздник Рождества или нового спасения, который он поместил в начале каждого нового года. Что касается таинственного существа, которое указало Раме на омелу, то его называли в эзотерическом европейском предании «Есс-хейл-хопа». В переводе это означает: «надежда спасения скрывается в лесу». Древние греки сделали из этого имени имя мифического Эскулапа, гения врачебного искусства, держащего в руках магический жезл — кадуцей.