Песни. Стихотворения
Часть 56 из 111 Информация о книге
Предсказание Нострадама на 2000 год [88]
Свидетель Генриха Четвертого рожденья,Великий Нострадам, ученый астролог,Однажды предсказал: «Большие превращеньяВ двухтысячном году покажет людям рок.В Париже в этот год близ Луврского чертогаРаздастся жалкий стон средь радостных людей:„Французы добрые, подайте ради бога,Подайте правнуку французских королей“.Так у толпы, к его страданьям равнодушной,Попросит милости больной, без башмаков,Изгнанник с юности, худой и золотушный,Отрепанный старик — потеха школяров.И скажет гражданин: „Эй, человек с сумою!Ведь нищих всех изгнал закон страны моей!“„Простите, господин! Мой род умрет со мною,Подайте что-нибудь потомку королей!“„Ты что толкуешь там о королевском сане?“„Да! — гордо скажет он, скрывая в сердце страх.На царство прадед мой венчался в Ватикане,С короной на челе, со скипетром в руках.Он продал их потом, платя толпе безбожнойГазетных крикунов, шпионов и вралей.Взгляните — вот мой жезл. То посох мой дорожный.Подайте что-нибудь потомку королей!Скончался мой отец в долгах, в тюрьме холодной.К труду я не привык… И, нищих жизнь влача,Изведать мне пришлось, что чувствует голодныйИ как безжалостна десница богача.Я вновь пришел в твои прекрасные владенья,О ты, моих отцов изгнавшая земля!Из сострадания к безмерности паденьяПодайте что-нибудь потомку короля!“И скажет гражданин: „Иди, бедняк, за мною,Жилища моего переступи порог.Мы больше королей не чтим своей враждою,Остатки их родов лежат у наших ног.Покуда наш сенат в торжественном собраньеРешение судьбы произнесет твоей,Я, внук цареубийц, не откажу в даяньеТебе, последнему потомку королей!“И дальше говорит великий предсказатель:„Республика решит назначить королюСто луидоров в год. Потом, как избиратель,В парламент он войдет от города Saint-Cloud.В двухтысячном году, в эпоху процветаньяНауки и труда, узнают средь людейО том, как Франция свершила подаяньеПоследнему потомку королей!“»Четыре эпохи
Как ты старо, общественное зданье!Грозишь ты нам паденьем каждый час,И отвести удар не в силах знанье…Еще в руках нет светоча у нас!Куда идем? Раз двадцать сомневатьсяВ том суждено и высшим мудрецам!..С пути лишь звезды могут не сбиваться,Им бог сказал: «Вот путь, светила, вам!»Но жизнь нам в прошлом тайну раскрывает,И человек уверен хоть в одном:Чем больше круг труда он расширяет,Тем легче мир обнять ему умом.У берегов времен ища причала,Ковчег народов предан весь труду:Где пал один, другой начнет сначала…Нам бог сказал: «Народы, я вас жду!»В эпохе первой в мир инстинктов грубыхВошла звеном связующим семья:Особняком, в каких-то жалких срубахС детьми ютились жены и мужья.Но вот сближаться робко стали дети:И тигр и волк для них был общий враг…То колыбель была союза в свете,И бог сказал: «Я буду к смертным благ!»А во второй эпохе пышным древомЦвела отчизна; но и ей в кровиПришлось расти: к врагам пылая гневом,Лишь за своих вступалися свои!За рабством вслед упрочилось тиранство,И раболепством был испорчен век.Но засияло в мире христианствоИ бог сказал: «Воспрянь, о человек!»И, вопреки господствовавшим нравам,Эпохи третьей выдвинут Алтарь.Все люди — братья; силу гонят правом;Бессмертен нищий так же, как и царь.Науки, свет, закон, искусства всходыВсе, все для всех! С победой на челе,В одно связует пресса все народы…И бог сказал: «Все — братья на земле».Царит сама Гуманность в веке новом.Идей отживших власть уж не страшна:В грубейших странах ветер с каждым словомГуманной мысли сеет семена…Мир, мир труду, снабжающему хлебом,И пусть любовь людей соединит!Когда ж опять мы землю сблизим с небом,В нас бог детей своих благословит.Одну семью уж люди составляют…Что я сказал? Увы, безумец я:Кругом штыки по лагерям сверкают,Во тьме ночной чуть брезжится заря…Из наций всех лишь Франция вступилаНа путь широкий с первою зарей.Ей бог сказал: «Ты новый путь открылаСияй же миру утренней звездой!»Нищая
Снег валит. Тучами заволокло все небо.Спешит народ из церкви по домам.А там, на паперти, в лохмотьях, просит хлебаСтарушка у людей, глухих к ее мольбам.Уж сколько лет сюда, едва переступая,Одна, и в летний зной, и в холод зимних дней,Плетется каждый день несчастная — слепая…Подайте милостыню ей!Кто мог бы в ней узнать, в униженной, согбенной,В морщинах желтого, иссохшего лица,Певицу, бывшую когда-то примадонной,Владевшей тайною обворожать сердца.В то время молодежь вся, угадав сердцамиЗвук голоса ее и взгляд ее очей,Ей лучшими была обязана мечтами.Подайте милостыню ей!В то время экипаж, певицу уносившийС арены торжества в сияющий чертог,От натиска толпы, ее боготворившей,На бешеных конях едва проехать мог.А уж влюбленные в ее роскошной зале,Сгорая ревностью и страстью все сильней,Как солнца светлого — ее приезда ждали.Подайте милостыню ей!Картины, статуи, увитые цветами,Блеск бронзы, хрусталей сверкающая грань…Искусства и любовь платили в этом храмеИскусству и любви заслуженную дань.Поэт в стихах своих, художник в очертаньяхВсе славили весну ее счастливых дней…Вьют гнезда ласточки на всех высоких зданьях…Подайте милостыню ей!Средь жизни праздничной и щедро-безрассуднойВдруг тяжкая болезнь, с ужасной быстротойЛишивши зрения, отнявши голос чудный,Оставила ее с протянутой рукой.Нет! не было руки, которая б умелаСчастливить золотом сердечней и добрей,Как эта — медный грош просящая несмело…Подайте милостыню ей!Ночь непроглядная сменяет день короткий…Снег, ветер все сильней… Бессильна, голодна,От холода едва перебирает четки…Ах! думала ли их перебирать она!Для пропитанья ей немного нужно хлеба.Для сердца нежного любовь всего нужней.Чтоб веровать она могла в людей и небо,Подайте милостыню ей!