Изгнание

Она повернулась и обняла сначала Мирод, а потом Эммет, на глаза вдруг навернулись слезы.
– Мне так больно расставаться с вами обеими, – произнесла она. – Вы такие замечательные подруги.
– Да хранит тебя Господь, дорогая Арабелла, – глухо ответила Мирод..
– Берегите себя, миледи, – сказала Эммет, целуя ее, – я никогда не забуду те годы, которые провела с вами.
Николь была уже около лодки, но вдруг снова повернулась к служанке:
– Скажи мне, я поумнела с годами?
– Вы так сильно изменились и поумнели, – улыбнувшись, ответила Эммет, – что, если бы я не знала, что это невозможно, я бы сказала, что вы – теперешняя и вы – прежняя – это два абсолютно разных человека.
Николь отвернулась, чтобы никто не увидел ее слез. На берегу оставались два очень дорогих ей человека, а утлое рыбацкое суденышко торопливо пересекло бухту и, преодолевая снегопад, вышло в открытое море.