Том 5. Пьесы 1867-1870

Часть 7 из 83 Информация о книге

Дементий Редриков
Челом тебе, великий государь!
За старостью, недугами, увечьем
Я не слуга на жалованье царском,
Я вырастил детей тебе на службу.
Возьми двоих за старого меня.
За старшего оставь ты мне поместье,
А младшего, что милость будет, дай!
Я их учил закон Господень помнить,
Царю прямить, служить ему со страхом
И заповедь отцовскую блюсти,
Послушают, — навеки нерушимо
Над ними будь мое благословенье;
На зло пойдут, — в твоих глазах царевых
Я им сулю проклятье вековое
Из рода в род, на чады их и внуки.
Учил добру, а жить своя им воля.
За чем пойдешь, то и найдешь.

Царь
Спасибо
Тебе, старик! Детей твоих устрою,
В жильцы возьму. Большой на ратном поле
Покажет нам и удаль, и дородство,
А младшему найдем работу легче,
Он юн еще. Вот с грамотой поедет
К Сеитову, в Ростов, по силам служба.
Да кстати уж свезет от патриарха
Он грамоту к ростовскому владыке.
Пусть бегает покуда на посылках.
Редриковы кланяются в землю.

Скопин-Шуйский
Великий царь, священство в облаченье
Кресты несут, поставлены налои.
От воинов тебе сказать я послан,
Что поголовно, все без принужденья,
Целуют крест тебе своею волей.

Царь
Пойдем смотреть, как лгут царю и Богу.

Уходят.
Сцена третья
ЛИЦА:
Максим Редриков.
Николай Редриков.
Савлуков.
Подьячий Василий Скурыгин.
Боярский сын.
Посадский.
Торговые и всякие люди.
У Никольских ворот, в Москве.
Входит Скурыгин, к нему подходят: боярский сын, посадский, потом приходящие и торговцы из лавок.
Скурыгин
Ай, воры! Ну! Хорош народ московский!

Посадский
Ты что кричишь?

Скурыгин
А то кричу: мы воры!
Мы воры все. Я вас не обижаю.
Чего еще, какого нам царя!
Благочестивый царь и богомольный.
Когда бы мы царю служили правдой,
Давно бы вор из Тушина бежал,
А воры мы. Ну да! Не обижайтесь!
И про себя я то же говорю.

Посадский
Ни Бога в нас, ни совести, ни правды!
Вчера клялись и целовали крест,
А нынче в ночь бежали.

Боярский сын
Стыдно людям
В глаза смотреть. Обманщиками стали
Перед царем мы все. Один сворует,
А стыд и срам на всех.

Первый из толпы
А кто ж бежал?

Скурыгин
Бежали те, кто больше всех божился
Царю служить.

Боярский сын
Из стольников бежали:
Князь Трубецкой, князья Черкасский, Сицкий,
Засекиных два брата, Бутурлин,
Дворян, детей боярских нет и счету.

Посадский
Бегут дьяки, бежит и ваша братья
Подьячие.

Скурыгин
И ваша братья тоже,
Где есть барыш, так душу продадут.
Такой базар, такая-то торговля
Под Тушином, в подметки не годится
Московский наш гостиный двор.

Посадский
Ты, видно,
Из Тушина недавно сам?

Первый из толпы
Скурыгин?
Он только что вернулся.

Скурыгин
Это правда.
Я не сержусь за правду. Точно, бегал
Я в Тушино, да я уж повинился
Великому царю и государю,
И он меня простил за то.

Посадский
Напрасно!
В мешок зашить, да с камнем в воду. Грех
Таких ворон прощать; тебя простили,
А ты опять уйдешь.

Первый из толпы
Уж это верно!
И ворожить не надо.

Скурыгин
Ну, навряд ли!
Второй из толпы
Повадился кувшин…

Скурыгин
Зачем бежать-то?
Сулили мне и горы золотые,
И почести, и думное дворянство.

Посадский
Не жирно ли?

Скурыгин
На месте провалиться!
Вот прихожу я в Тушино. Явился
Где следует: мол, вышел из Москвы
На государево царево имя
Димитрия Иваныча, желаю
Служить ему; а сам держу на мысли,
Чтоб поглядеть его в глаза. Наутро
Поехал вор жену встречать Маринку.
Как я взглянул!.. Как я взглянул! Потеха!
Мужик простой, нетесаный, нескладный…
Такой-то царь у вас! Такой-то!
Я говорю. Да разве глаз-то нету
Во лбу у вас?

Первый из толпы
Ведь, может, ты и врешь?

Скурыгин
Вот разрази Господь на этом месте!
И тушинским царьком, и диким вором
Уж я его ругал, ругал… Ну, в шею
И выгнали из Тушина меня.

Перейти к странице:

Предыдущая страница

Следующая страница