Том 5. Пьесы 1867-1870

(Редрикову.)
 
 
Теперь и ты с волками вой по-волчьи.
 
И сам дерись, и пей, и нашу волю
 
Не осуждай.
 
 
Максим Редриков
 
 
Мне это ничего!
 
Я зарожден на зло. На свет с зубами
 
Родился я, меня не испугаешь.
 
 
Савлуков
 
 
Вы, головы и атаманы, братья!
 
Вот новый наш товарищ — молодец!
 
Покинул он изменнический город
 
И целовал сегодня крест на службу
 
Природному царю и государю
 
Димитрию Иванычу.
 
 
Чика
 
 
Откуда
 
И кто таков ты?
 
 
Максим Редриков
 
 
Редриков Максим.
 
 
Савлуков
 
 
Он дворянин московский.
 
 
Чика
 
 
Ну и ладно.
 
 
Епифанец
 
 
Вот мы его пригоним в кашу веру
 
И окрестим. Давайте ковш вина!
 
 
(Наливает.)
 
 
Ну, пей, да только весь смотри!
 
О здравье Царя Димитрия всея Руссии.
 
 
Максим Редриков
 
 
О здравии царя и государя
 
Димитрия всея Руссии.
 
 
Савлуков
 
 
Верой
 
И правдой служи царю и нам,
 
Товарищам! Отца и мать покинуть
 
И всю родню забыть, а доведется,
 
Губить и их, как недругов царевых,
 
Клянись!
 
 
Максим Редриков
 
 
Клянусь!
 
 
Чика
 
 
Ну, Бог тебе на помочь!
 
Ты наш теперь!
 
 
Ураз
 
 
Ни бачка нет, ни мачка.
 
Твой бачка царь, а мачка нож-булат.
 
 
Епифанец
 
 
Мы наберем холопов беглых сотню,
 
И в сотники тебя тотчас поставим.
 
А вот тебе на первый раз и служба:
 
Стеречь полон, всю ночь ходить дозором
 
По куреням, чтоб стража не дремала.
 
А молодца в землянке пуще глазу
 
Ты береги, он завтра нужен нам.
 
Ну, спать пора, пойдемте, атаманы.
 
 
Уходят.
Максим Редриков
 
 
Эх, волюшка! Кому ты не мила!
 
Удалых ты до Тушина доводишь,
 
По сердцу мне веселое житье!
 
 
(Поет.)
 
 
Прикажи-ка нам, хозяин,
 
Поскакать, поплясать,
 
Поскакать, поплясать,
 
Про все городы сказать!
 
И про верхни городки,
 
И про низовые.
 
 
Николай Редриков
(из землянки)
 
 
Максим! Максим!
 
 
Максим Редриков
(оборачиваясь)
 
 
Чего? Знакомый голос,
 
А никого не видно.
 
 
Николай Редриков
 
 
Я в землянке,
 
Поди ко мне.
 
 
Максим Редриков
(подходя)
 
 
Ты как сюда попал?
 
 
Николай Редриков
 
 
Пусти, скажу.
 
 
Максим Редриков
 
 
Тебя беречь велели.
 
 
Николай Редриков
 
 
Запрешь опять.
 
 
Максим Редриков
 
 
Ну, выходи на волю.
 
 
(Отворяет землянку. Николай Редриков выходит.)
 
 
Рассказывай, потом опять в землянку
 
Запру тебя, сиди да утра жди.
 
 
Николай Редриков
 
 
Попался я казакам на дороге.
 
 
Максим Редриков
 
 
А грамоты?
 
 
Николай Редриков
 
 
У Троицы теперь.
 
Я отдал их старухам богомолкам,
 
Зачуявши погоню. Завтра утром
 
О грамотах сведут меня к допросу
 
И накрепко пытать хотят.
 
 
Максим Редриков
 
 
Что ж делать!
 
Не будь дурак, вперед не попадайся!
 
Садись опять в землянку, дожидайся
 
Судьбы своей.
 
 
(Садится к столу, берет кости, в которые играли.)
 
 
Постой, я погадаю.
 
 
Николай Редриков
 
 
О чем, Максим?
 
 
Максим Редриков
 
 
Пустить тебя аль нет?
 
 
Николай Редриков
 
 
Да как пустить! А крестно целованье!
 
 
Максим Редриков
 
 
Толкуй еще! Уж за одно грешить,
 
Я утверждался крестным целованьем
 
Двоим царям служить: в Москве Василью,
 
А в Тушине Димитрию. Василья
 
Я обманул, а этот чем же лучше?
 
Тебя-то жаль, ты больно молод, парень,
 
И отпустить беда, спина в ответе,
 
А неравно и голову долой.
 
Поди садись в землянку, я опосле
 
Поворожу, пустить тебя аль нет.
 
 
(Запирает землянку и уходит.)
  
Сцена пятая
 
ЛИЦА:
Дмитрий, тушинский вор.
Князь Рожинский, великий гетман.
Ян Петр Павлович Сапега, начальник особого отряда.
Князь Трубецкой.
Князь Масальский.
Максим Редриков.