Том 3. Пьесы 1862-1864

Явление десятое
[Те же и Марфа Борисовна]
Лыткин
Никак, весь дом несет! Прощай, невеста,
Приданое! Останусь ни при чем.

Марфа Борисовна
Богатое наследство мне осталось
От мужа моего и господина.
Отцы и деды прежде накопили,
А он, своим умом и счастьем, много
К отцовскому наследию прибавил,
И умер в ранних летах; не судил
Ему Господь плоды трудов увидеть.
Покрасоваться нажитым добром.
Благословенья не было от Бога
Мне на детей, — одним-одна осталась
Хозяйкою несчетного добра.
Добра чужого: я с собою мало
В дом принесла. Искала я родных;
Родни его ни близкой не осталось,
Ни дальней. Вздумала я — догадалась
Раздать казну за упокой души,
И весело мне стало, что заботу
Такую дорогую Бог послал.
И вот, благословясь, я раздавала
По храмам Божьим на помин души,
И нищей братье по рукам, в раздачу,
Убогим, и слепым, и прокаженным,
Сиротам и в убогие дома,
Колодникам и в тюрьмах заключенным,
В обители: и в Киев, и в Ростов,
В Москву и Углич, в Суздаль и Владимир,
На Бело-озеро, и в Галич, и в Поморье,
И в Грецию, и на святую Гору,
И не могла раздать. Все прибавлялось —
То долг несут, то кортому с угодий,
И, не внуши вам Бог такого дела,
Ни в жизнь бы мне не рассчитаться с долгом.

(Отходит к стороне.)
Народу все больше прибывает на площадь.
Явление одиннадцатое
Один из толпы
Вот шесть алтын, две деньги!

Другой
Зипунишко!

Подают. К лобному месту подходит толпами.
Голоса
Вот наши деньги из квасного ряду! —
Из рукавичного! — От ярославцев! —
Костромичи собрали — принимайте! —
Стрельцы Колзакова Баима сотни!

Поспелов
Вот праздник так уж праздник! Ну, веселье!

Минин
Не явно ли благословенье Божье!
Теперь у нас и войско, и казна,
И полководец. Недалеко время,
Когда, вооружась и окрылатев,
Как непоборные орлы, помчимся.
За нас молитвы целого народа,
Детей, и жен, и старцев многолетних,
И пенье иноков, и клир церковный,
Елей лампад, курение кадил!
За нас угодники и чудотворцы,
И легионы грозных сил небесных,
Полк ангелов и Божья благодать!

Вбегает юродивый.
Явление двенадцатое
[Те же и юродивый.]
Голоса
Бежит убогий! — Гриша! — Пропустите!

Юродивый
(на лобном месте)
Вот денежки! Копеечки! Возьмите!
Их, много, много!

(Высыпает деньги.)
Голоса
Вот он собирал
Все на дорогу-то! — Выходит, правда.
Уж эти деньги, братцы, всех дороже.

Юродивый
Темно! Темно! Не вижу ничего!
Где люди? Где земля? Все вниз уходит.
Повыше бы подняться! Выше! Выше!

Его поднимают.
Я вижу, вижу!..

Голоса
Что ты видишь, Гриша?
Всем сказывай! — Всем говори, что видишь!

Юродивый
Обители, соборы, много храмов,
Стена высокая, дворцы, палаты,
Кругом стены посады протянулись,
Далеко в поле слободы легли,
Всё по горам сады, на церквах главы
Всё золотые. Вот одна всех выше
На солнышке играет голова,
Река, как лента, вьется… Кремль!.. Москва!.

Действие пятое

Сцена первая
ЛИЦА:
Минин.
Татьяна Юрьевна.
Нефед.
Аксенов.
Поспелов.
Семенов.
Площадной подьячий.
Выборные (1 и 2).
Народ.
Горница в доме Минина. Налево дверь в другой покой, прямо — в сени.
Явление первое
Минин, Татьяна Юрьевна и Нефед. Входят выборные, Семенов.
Семенов
Кузьма Захарьич! ведомо тебе,
Что мы всем миром посылали к князю
Димитрию Михайловичу в Пурех
Нижегородцев, выборных людей
Из всех чинов, с великим челобитьем.
Князь Дмитрий наше челобитье принял
И приказал сказать всему народу,
Что ради веры пострадать готов.
У сбора же казны и у раздачи
На жалованье ратным людям денег
Приговорили кланяться тебе
И звать к мирскому делу неотступно.

Один из выборных
Уж не впервой тебе, Кузьма Захарьич,
За дело земское руками браться.
Мы много милостью твоей довольны.
И в этом разе ты нас не покинь.

Все кланяются.
Другой выборный
Кузьма Захарьич! мы к тебе с поклоном,
С великим челобитьем прибегаем.

Все кланяются.
Голоса
Кузьма Захарьич, послужи! — Кому же,
Опричь тебя и некому у нас! —
Все просим: послужи, Кузьма Захарьич!

Кланяются.
Минин

Перейти к странице:

Предыдущая страница

Следующая страница