Том 3. Пьесы 1862-1864

Биркин
 
 
Наскочит на меня, так будет помнить.
 
 
Семенов
 
 
Ну, и тебя таки честит изрядно,
 
И за глаза все Тушиным корит,
 
А тушинцам у нас почету мало;
 
На Волге их не любят.
 
 
Биркин
 
 
Не беда!
 
Насильно мил не будешь! Уж народец
 
У вас на Волге! Нечего сказать!
 
Некстати говорливы! Вот ты здешний,
 
Не тушинский; а тоже говорят,
 
Что ты берешь посулы, что с живого
 
И с мертвого дерешь, не разбираешь.
 
 
Семенов
 
 
Да кто же говорит?
 
 
Биркин
 
 
А все Кузьма.
 
 
Семенов
 
 
Не верь, Иван Иваныч! Все напрасно;
 
Посулов не беру. Он злым поклепом
 
Меня обносит. Да ты сам ли слышал?
 
 
Биркин
 
 
Сам слышал.
 
 
Семенов
 
 
Не снесу такой обиды,
 
Пойду челом ударю воеводе.
 
 
Биркин
 
 
Я говорю тебе, что он мятежник;
 
С народом шепчет, а властей ругает;
 
Небось без умыслу? Да кто ж поверит!
 
 
Семенов
 
 
Его теперь и знать я не хочу,
 
Ругателя.
 
 
Биркин
 
 
А ты пока молчи,
 
Умей скрывать обиду; дожидайся.
 
Он не уйдет никак от наших рук.
 
Я сторожа к нему приставил, знаешь,
 
Павлушку; он хоть зайца соследит;
 
Волк травленый, от петли увернулся.
 
Он из дьячков из беглых, был в подьячих,
 
Проворовался в чем-то; присудили
 
Его повесить, он и задал тягу.
 
Теперь веревки как огня боится.
 
Хоть висельник, да только бы служил.
 
Ну, и писать горазд, мне то и нужно.
 
Да мы еще с тобою потолкуем.
 
Куда пойдешь отсюда?
 
 
Семенов
 
 
На Оку,
 
Стерлядок искупить недорогих бы.
 
 
Биркин
 
 
Так вместе и пойдем! И я туда же.
 
 
Уходят.
Из Кремля выходит Нефед Минин, за ним [Аксенов] и несколько посадских.
Явление пятое
[Аксенов и Нефед]
Аксенов
(Нефеду)
 
 
А где отец?
 
 
Нефед
 
 
За мной идет сюда.
 
Из-под Москвы сегодня прибежали
 
Бесстрашные гонцы: Роман Пахомыч
 
Да Родион Мосеич. Отдохнувши,
 
Пойдут с отцом на воеводский двор.
 
Украдкою у патриарха были
 
И привезли нам грамоты его.
 
Из шапок достают, зашиты были.
 
 
Входит Минин, за ним [Поспелов,] несколько человек народа и Павлик. Все окружают [Минина].
Явление шестое
Те же, Минин, [Поспелов,] несколько человек народа и Павлик.
Аксенов
 
 
Какую весть несешь?
 
 
Минин
 
 
Дурные вести.
 
Прокоп Петрович Ляпунов убит
 
Казаками.
 
 
Аксенов
 
 
Бедам конца не видно.
 
 
Голоса
 
 
Убит! — Убит! — О Господи, помилуй!
 
 
Поспелов
 
 
Ведь под Москвой еще два воеводы:
 
Князь Трубецкой да атаман Заруцкий.
 
Ну, что ж они?
 
 
Минин
 
 
Они-то? Целовали
 
Псковскому ведомому вору крест.
 
 
Павлик
(Лыткину)
 
 
Несдобровать и Нижнему теперь.
 
 
Аксенов
 
 
Что ж делать нам?
 
 
Минин
 
 
Пойдемте к воеводе,
 
В приказную избу, пусть он рассудит.
 
Пусть грамоту прочтет от патриарха,
 
Он из темницы пишет.
 
 
Голоса
 
 
Из темницы?
 
 
Минин
 
 
Его цепями, голодом томят,
 
А он предателей Москвы бесстрашно,
 
Как Божий гром, проклятием громит.
 
Теперь лететь бы к матушке Москве!
 
Подняться нечем. Спросим воеводу,
 
Подумаем с ним вместе, а покуда
 
Сберемтеся всем Нижним панихиду
 
Соборную отслужим, будем плакать,
 
Молиться будем, плакать и молиться.
 
 
С Нижнего посада выходит Колзаков и трое стрельцов.
[Явление седьмое]
[Те же, Колзаков и стрельцы.]
Колзаков и стрельцы
(поют)
 
 
Нам на Волге жить,
 
Все ворами слыть.
 
На Яик идти,
 
Переход велик;
 
Под Казань идти,
 
Грозен царь стоит.
 
 
Колзаков
(увидя Минина)
 
 
А! Бог тебя люби, Кузьма Захарьич!
 
 
Минин
 
 
Ступай своей дорогой!
 
 
Колзаков
 
 
Аз есмь бражник!
 
 
Минин
 
 
Я вижу.
 
 
Колзаков
 
 
Видишь, а не осуждай!
 
Я старый человек.
 
 
Минин
 
 
Тебе же хуже!