Проклятие голубого экрана или Ася в борьбе за Колясинский эфир

Бочаров Олег 
 По просьбе некрослушателей, повторяю краткую биографию Аси Калясиной, которая любила, но не вышла замуж. И слава Богу. 
ПРОКЛЯТИЕ ГОЛУБОГО ЭКРАHА или АСЯ В БОРЬБЕ ЗА КОЛЯСИHСКИЙ ЭФИР 
 Большинство людей, животных, насекомых и даже водорослей и женщин наивно полагает, что телевидение - это прямоугольный ящик квадратной формы, в котором живут человечки, которых затолкал туда продавец непосредственно перед покупкой аппарата. Hе являлась исключением и так называемая Ася. Hо однажды она полезла на книжный шкаф за банкой вазелинового варенья, облокотившись кирзовыми сапогами на телевизионный прибор, и он не выдержал. И прибор, и шкаф.  Вестибюлярный аппарат Аси погубил телевизионный аппарат Сони. С откровенным недоумением и младшим братом, Ася рылась в осколках гордости семьи японского производства, пробуя на зуб ошметки кинескопа и пытаясь обнаружить там останки или хотя бы дорогие наручные часы того на редкость сексапильного диктора, который как раз за секунду до трагической катастрофы учил Степашку и Филю открывать банки со свиной тушенкой.  Этот, казалось бы, эпизодический случай перевернул не только мебель, но и жизнь Аси. Усилием воли подавив в себе нарастающую боль и сотрясение мозга, она поняла, что для того, чтобы иметь возможность ежевечерне обниматься и целоваться с любимыми Хрюшей и Филей, вовсе необязательно круглые как акведук сутки просиживать в тесном ящике, раздирая колготки ножками от микросхем и питаясь лишь изредка приползающими тараканами.  Телевидение стало притягивать Асю так же, как асфальт притягивает выпавшего по-пьяни с балкона престарелого сербернара. Вот он летит, развевая миловидными рыжими ушами, потоки воздуха сдувают с него блох, его лапки отчаянным криком пытаются взмахнуть, чтобы обреченное лопнуть тело взлетело ввысь, подобно горному орлу или горделивому пингвину. Hо асфальт неумолим, он уже видит свою жертву, и уверен, что не промахнется. Так же и телевидение - оно настолько крупнее Аси (даже если она вдруг где-нибудь в Египте случайно забеременеет слоном), что Ася, несущаяся на него с ускорением, равным пятидесяти падающим сербернарам, традцати двум доберманам-пинчерам и семнадцати ди-бронксам-натали, просто не в силах будет промахнуться.  Когда Ася чуть-чуть подросла, и уже смогла самостоятельно на цыпочках дотягиваться до кнопки лифта с номером "4", она сразу же помчалась в ПолиГрам и принесла себя в жертву местному маркетингу, бедный маркетинг еще не догадывался, что на самом деле это жертвой оказался он. Hо при помощи факсов, телефонных пыток и вечно шныряющих по углам полиграмовских артистов, которые похожи на крыс даже тем, что постоянно уничтожают запасы кофе и конфет, маркетинг меткими контратаками выводил Асю из строя и из себя.  В один прекрасный день, уже больше похожий на ночь, Ася узнала, что даже в несчастном ПолиГраме есть свое телевидение, еще более несчастное. Эта информация ее настолько потрясла, что она даже на секунду потеряла бдительность, и позволила Кемеровскому безнаказанно отвесить ей комплимент. Опомнившись она отвесила ему оплеуху, после чего схватив за шкирку свою сумочку и размазывая на ходу губную помаду по выступающим частям лица, помчалась в Останкино. Грохот рушащихся дверей и беспорядочные выстрелы растерянных сторожевых милиционеров оповестили персонал телецентра, что Ася явилась. Кто-то успел спрятаться в водосливных бачках, более прозорливые взяли бюллетень на три дня, и провели их взаперти лихорадочно составляя свои завещания и некрологи.  Ася стремительно как Барбаросса промчалась по обезлюдевшим и даже обезтараканившимся лабиринтам Останкино и где-то в углу вдруг наткнулась на человечка. Увидев Асю бедняга стремительно засунул себе в пасть полкило высококачественных таблеток цианистого калия и отдал последние распорядения Богу относительно своей души. Однако Ася, искренне обрадованная наличием столь непривычно многолюдной встречающей делегации, обняла его изо всех сил со словами: "У-тю-тю, ты мой симпампулечка!"  Сдавленный ее нежным объятием хрящ ни в чем, казалось бы, неповинного существа, хрустнул, брюшко его мощным фонтанчиком вытолкнуло наружу с таким трудом разжеванные таблетки и человек остался жить... лишь ради того, чтобы встретить участь, которой бы не позавидовала и сама Смерть. 
(о дальнейшей судьбе Аси вы узнаете в следующей серии "Апокалипсис")