Венец славы: Рассказы
(Он заковылял прочь и удалился, я вновь остался один.)
Перри?..
Но было слишком поздно: я, обливаясь потом, проснулся.
Кошмар.
Надо забыть.
Лучше встать пораньше, до того, как поднимутся другие. Остров Маунт-Дезерт в июле прекрасен. Наше жилище на холме, над самым пляжем. Здесь никаких духов: северо-западный ветер, неизменный свежий воздух, неизменные волны. Лучше встать пораньше и, пробежав по пляжу, броситься в холодную воду.
Очистить мозги от паутины.
Как прекрасны небо, океан, восход!
Здесь, на острове Маунт-Дезерт, никаких духов. Плавание — искусное напряжение рук и ног. Голова в одну сторону, потом — в другую. Глаза полузакрыты. Неожиданность прикосновения холодных, упругих волн. В такие мгновения почти что желаешь сбросить человеческую кожу!.. Жесткая, броская красота Мэна. Океан. Напряжение мышц, всего тела. Я живу, я такой живой, такой неуязвимый, такое торжество в каждом моем вдохе…
Кроме этого мгновения, все улетучивается из моей головы. Я живу, я жив; я бессмертен. Нельзя расслабляться: нельзя утонуть. Пойти на дно? Нет. Невозможно. Жизнь — вот единственная реальность. Нас ждет не полное исчезновение, а жуткое состояние, похожее на сон: вечные поиски, ошибки — гораздо хуже исчезновения, непостижимо; значит, мы должны цепляться за жизнь, плыть, одна рука — другая, одна — другая, побеждая стихию, которая держит нас.
— Джарвис? — воскликнул кто-то. — Пожалуйста, выслушай меня.
Какая дивная вещь — жизнь, буйная радость, заключенная в плоти! Я не слышал ничего, кроме ликованья плещущих волн. Проплавал около часа. Не хотелось выходить на берег, хотя завтрак у нас неизменно проходит приятно и шумно: на июль здесь собрались моя жена, жена брата, наши семеро детей. Трое мальчиков, четверо девочек — гам, суматоха, здоровье; никаких призраков, никаких духов. Никакого времени для размышлений. Вновь и вновь буду я выходить из полосы прибоя — по лицу, волосам, по всему телу струится вода, — утомленный, но радостный, ликующий. Вновь и вновь меня будут звать возбужденные дети с дневной стороны мира, где они обитают.
Я не стану исследовать содержимое сейфа доктора Мура, его тайные дневники; даже и не подумаю. Ветер относит слова. Прибой завораживает. Как только я сяду завтракать вместе с семьей, я позабуду тот сон, что приснился мне нынче утром. Я не стану хватать за руку жену со словами: Мы не должны умереть! Мы не смеем умереть, — это лишь напугает и оскорбит ее.
Джарвис? — зовет она в этот самый момент.
И я говорю: Да? Да, сейчас приду.
* * *«Bo мне живет до смешного бальзаковское стремление вместить в книгу весь мир», — говорит о своем творчестве известная американская писательница
Джойс Кэрол Оутс (родилась в 1938 году). Дебютировавшая в 1963 году сборником рассказов «У Северных врат», она сегодня является автором сорока книг, в числе которых — пятнадцать романов, тринадцать новеллистических сборников, стихи, пьесы, критика, эссеистика.
Трагическая тональность американской действительности XX века запечатлелась в «семейных сагах» Оутс:
«Сад радостей земных» (1967) и «Их жизни» (1969, удостоена Национальной книжной премии), романах «Шикарные люди» (1968), «Страна чудес» (1971), «Делай со мной что захочешь» (1973), «Несвятая любовь» (1979), «Ангел света» (1981) и других, а также рассказах, составивших сборники «В сметающем потоке» (1966), «Колесо любви» (1970), «Браки и неверности» (1972), «Голодные призраки»(1974), «Богиня и другие женщины» (1974), «Соблазн» (1975), «Ночная сторона» (1977).
На русском языке публиковались романы Джойс Кэрол Оутс «Сад радостей земных», «Делай со мной что захочешь», а также ряд рассказов.