Дорогами Миров
Обучение новых Магов у всех Высших Магических Рас продолжалось десятилетиями, этим занимались многочисленные Наставники, прошедшие придирчивый и скрупулёзный отбор на право учить других – тем более учить такой тонкой и опасной вещи, как Высшая Истинная Магия. Одного природного Дара неофита было явно недостаточно – алмаз становится ограненным бриллиантом лишь под руками настоящего мастера. И кроме того, получивший Знание Маг сам по себе становился величиной вселенской , поскольку теперь он обладал огромным потенциалом – как созидательным, так и разрушительным. Чрезвычайно опасным представлялось передать подобное сокрушительное умение тому, кто не был готов совершенством духа принять и достойно нести столь тяжкую ношу. В долгой-долгой истории Мироздания прецеденты имелись...
Десятилетий у Катри не было. По самым оптимистическим прогнозам, он располагал на два порядка меньшим временем. Не было у него и штата умелых и опытных учителей, поднаторевших в своём ремесле. Да и сам Эндар вряд ли мог похвалиться тем, что он доподлинно постиг все сокровенные тайны магии – хотя бы в той мере, в какой они подвластны его Расе. И, конечно же, не имелось почти никакой уверенности в том, что все избранные окажутся достойными павшего на них выбора. Однако иного выхода у Лесного Мага не оставалось.
Эндар даже не подозревал наличия у себя таланта учителя, но оказалось именно так. Кроме того, существовали три важных обстоятельства в пользу отчаянного Мага. Во-первых, Катри совсем не ставил перед собой задачи создать даже из наиболее талантливых полноценных магов, Магов с большой буквы. Ему, прежде всего, требовались помощники, способные эффективно черпать Силу, а уж он, Катри, сам сумеет найти этой подготовленной Силе должное применение. Обучение же только этому аспекту магии (пусть даже вкупе с умением активировать самые нужные заклятия первого уровня) не требовало столь значительного времени. Кроме того, ограничение магических знаний в известной мере ограничивало риск нежелательных последствий. Во-вторых, Пограничный Мир оказался невероятно щедр на природную магию , и способности тех, кто отличался магической одарённостью, существенно превосходили таковые, присущие рождённым в любом из ранее ведомых Алому Магу Миров. Ученики Лесного Мага впитывали знания примерно с такой же скоростью, с какой песок Великой Пустыни всасывает скупые капли редких дождей; и степень восприимчивости его аколитов изумляла и даже несколько настораживала Катри. И в-третьих, наконец, – Орб Силы.
Все занятия проходили в Храме, а Эндар ещё в самое первое своё посещение подземелья, в оглушительный миг возвращения памяти, смог оценить исполинскую мощь, скрытую под серой морщинистой кожей шаровидного артефакта. Орб помогал , и помощь его была поистине неоценимой. Магические потоки, пронизывающие Познаваемую Вселенную, перемешивались с таинственными эманациями артефакта, ласкали и нежили в своих струях разумы магов-учеников, поддерживая их и делая гораздо более восприимчивыми к тому, что именовалось таким кратким, но в то же время таким ёмким понятием Магия . Причём, похоже, Орб действовал по собственному усмотрению (стихийно?), и мотивы его действий представлялись совершенно непонятными. Но ведь не обладала же темпоральная бомба разумом? Как ни странно, вопрос этот всё более и более занимал Катри, несмотря на массу иных нерешённых вопросов; и именно поэтому одним из первых практических применений полученных его аколитами знаний явилось творение изощрённого Заклятия Познания – заклятия совокупного .
Эндар помнил о поручении Серебряного Мага – амулет Епископа висел на его груди рядом с амулетом Натэны, с символом Инь-Янь. Более того, учитывая очень высокую вероятность достаточно скорого повторного визита Чёрных Колдунов в Пограничный Мир, Катри даже рассчитывал на помощь Всеведущих – в обмен на столь вожделенный ими артефакт. Однако что-то мешало Эндару вызвать Познающего немедля, а Алый привык во многом полагаться на своё чутьё – эта привычка не раз выручала его на Дорогах Миров. Так и не разрешившиеся сомнения по поводу искренности посланца Адептов Слияния тоже отнюдь не подталкивали Лесного к недостаточно обдуманному шагу.
Во всяком случае, спешить не следовало. Серебряные способны перемещаться по измерениям очень быстро; и Катри полагал, что успеет воззвать к Епископу, коль скоро будет в том необходимость. И уже самые первые результаты прощупывания Орба Силы подтвердили правильность решения не торопиться с обращением к Серебряным – Эндар почувствовал присутствие Таинственных...
* * *
Если дни Эндара всецело были заняты магической работой в гулком подземелье Храма, в потоках Силы, струящейся от Орба, то ночи и те немногие часы отдыха в праздники, которые он предоставлял своим аколитам, – они не могли, подобно самому Катри, восстанавливать силы энергетически, напрямую (хотя и учились усердно, и вплотную приблизились к этому умению), – свободное время Мага – полностью занимали женщины.
Эндар давно уже скорректировал тот свой стихийно сформировавшийся невзрачный облик, в котором он попал в Лес. Алый Маг вернулся к привычному для него виду своей биологической оболочки – к обычному для Магов Высших Рас образу нестареющего мужчины в расцвете сил. Так было удобнее, словно Алый вновь надел излюбленную повседневную одежду. Позаботился он и о собственно одежде как таковой. Носить традиционное боевое облачение Воителей Эндар не стал – ни к чему переносить в новую жизнь черты прошлой. Не нравились Катри ни пышные наряды придворных Хаура или Короля, ни хламидоподобные длинные мантии-плащи жрецов Храма Хурру, ни ритуальная одежда Видящих. Он создал для себя нечто среднее, эклектичное и функциональное: куртка наподобие курток Технолидеров поверх лёгкой кольчуги из Абсолютного Металла и свободные штаны, заправленные в мягкие сапоги – похожую обувь носили Дети Пустыни. Оружие являлось необходимым атрибутом, деталью костюма средневековой знати, поэтому Эндар счёл нужным обзавестись постоянным мечом, лёгким и чуть изогнутым. Конечно, Маг не был бы Магом, если бы уповал только лишь на полосу стали, пусть даже и выкованную мастером. Крохотный кристалл, помещённый в рукояти клинка, отнял у Катри добрую толику сил и времени, но работа того стоила. Меч сделался истинно магическим оружием – многомерным и всесокрушающим. Кристаллическая песчинка была уменьшенной копией перстня Ведущего или браслета Капитана (или даже ГАЭ Технодетей) и выполняла те же функции – функции материального усилителя мыслеприказа, касающегося непосредственно меча. Выполняя волю владельца (излишне уточнять, что им мог быть только лишь сам Эндар), потоки знергии-Силы текли вдоль лезвия и позволяли оружию рассекать практически любую преграду – до известных пределов знергозатрат, естественно. Теперь не было необходимости творить клинок уже в ходе боя (как в той памятной схватке в гиперпространстве, например), да и требования моды Пограничного Мира соблюдались.