Дорогами Миров
Их пропустили без задержки через обе стены – либо Властитель отдал соответствующий приказ, либо Хануфер принял какие-то свои меры. За вторыми воротами чародея и сборщика дани встретил высокий человек в тёмно-синем плаще поверх кольчуги. Он внимательно оглядел вошедших и сделал знак следовать за ним.
За вторыми воротами внутреннее пространство крепости заполняло множество строений, одно– и двухэтажных, и надо всеми ними царило выстроенное из голубовато-серого камня здание дворца.
«Впечатляет, – подумал Катри, – даже меня. Что же тогда говорить об аборигенах...». Дворец походил на жемчужину, скрытую за прочными створками-стенами раковины-крепости. Стиль странный, раньше Маг такого не встречал. Высокие окна первого этажа, затянуты витражами, узкие, походили на следы от ударов исполинским кинжалом по серо-голубой коже, только удары эти наносились очень аккуратно – окна располагались ровной цепью, опоясывающей весь дворец. Над ними шла линия круглых окон второго этажа, высота до них составляла не менее двенадцати локтей. А над крышей кольцом возвышались десять тонких шпилей, увенчанных сферами с остриями – словно на концы гигантских копий были насажены диковинные круглые плоды. Тяжёлые литые металлические двустворчатые двери с причудливой резьбой – то ли растения, то ли узор, то ли вязь неведомых символов – медленно распахнулись.
На второй этаж вела широкая каменная лестница, уставленная по сторонам статуями мужчин с оружием и обнажённых прекрасных женщин. Понятие красоты может варьироваться в довольно широких пределах, но общие стандарты для человекоподобных сохраняются. Через каждые несколько ступеней замерли неподвижные фигуры воинов в полном вооружении, почти неотличимые от изваяний. Катри поднимался за провожатым не спеша, ощущая нарастающее внутреннее напряжение Хануфера. Волнуется хищнолицый, и правильно делает, что волнуется...
Лестница окончилась перед широкими резными дверями – на этот раз деревянными. Створки растворились бесшумно. Длинный вытянутый зал с двумя рядами каменных колонн, подпиравших свод по обе стороны от центральной части, встретил тишиной и прохладой, однако света, проникавшего сквозь круглые окна над балюстрадой, соединявшей капители колонн, было достаточно. А тишина оказалась обманчивой – в зале присутствовало множество людей. И в конце зала, противоположном входу, восседал он – Властитель.
Человек на вычурном кресле – троне – на четырёхступенчатом возвышении представлял интерес сам по себе. Средних лет, с жёстким лицом, с холодными жёлтыми глазами волка, с крепкой фигурой – заметно даже под мантией – и с кривым рваным шрамом через всю левую часть лица. Длинные жёсткие светлые волосы, спадавшие на плечи, венчала остроконечная золотая тиара – корона Властителей. Лёгкое касание – и Эндар быстро выхватил из памяти человека на троне узловые моменты: голодное детство в трущобах – наёмник – военачальник, заслуживший чин потом и кровью, – дворцовый переворот. Властитель был типичным хищником, не разжимавшим впившихся в добычу клыков; и у Эндара мелькнула мысль, что шансов-то у Хануфера не слишком...
Пропели трубы, по залу прошёл лёгкий шелест, и Властитель поднял руку. Голос у него вполне соответствовал внешнему облику – жёсткий и холодный.
– Я знаю о тебе, чародей из Великого Леса. На что ты способен?
– На многое.
– Покажи, – тон человека на троне был тоном приказа, тоном голоса того, кто привык повелевать, – я хочу видеть.
Эндар огляделся. С того самого момента, как он снова осознал себя и оценил ситуацию, в которой оказался, Маг чётко зафиксировал для себя ту границу, выше которой применение магии нежелательно. Молния там или огненный смерч – это пожалуйста, а вот попробуй он испепелить всю планету... Око во Дворце Магистров на Цитадели не дремлет, а Эндар вовсе не жаждал появления синтагмы Алых Воителей-карателей прямо на улицах Хамахеры. А показать...
Маг выбросил вперёд пальцы обеих рук. Жест как таковой не имел особого смысла, работала тренированная мысль, но что поделать – у юных народов магические ритуалы накрепко ассоциированы с невнятным бормотанием или движениями. В центре зала возник тёмный клубок, распался... На полу с шипением извивалось десятка два змей, страшных ядовитых змей Великого Леса, чей укус убивает человека в полминуты.
Вельможи не были трусами – по залу пронёсся слитный лязг, когда десятки мечей проворно покинули ножны. Обнажённые клинки не дрожали, и Эндар впервые понял, почему Властители сумели устоять перед магией Храма – они не боялись и были готовы и убивать, и умирать. Сам же Властитель даже не пошевелился, хотя ядовитые гады вили кольца всего в двух десятках шагов от трона. В его ауре не появилось ничего нового, кроме искреннего интереса. И тогда Катри воздел обе руки над головой.
В зале родилась молния – та самая знаменитая Цепная Молния Распада, её миниатюрный вариант. Ослепительный росчерк накрыл шевелящихся змей, стремительно перекидываясь с одной твари на другую. Одно-два мгновения – и на полу не осталось ничего, кроме кучек пепла. И тогда из-за колонн вышли шестеро воинов в полном боевом и двинулись на Катри, выставив вперёд длинные копья.
Убивать Эндар не хотел. Властитель нравился ему всё больше, и Маг совсем не спешил торопливо заменить его Хануфером. А воины... Они выполняют приказ, они смелы и не боятся не только стали, но и магии. Не боятся?
Копья и щиты с грохотом повалились на каменные плиты пола. Воины рухнули на колени и склонили головы перед Катри. Властителя, похоже, проняло. Он поднялся и хотел что-то произнести, но в это время по залу пронёсся пронзительный вопль Хануфера:
– Небо не желает тебя! Уйди и умри!
Зал наполнился звоном скрестившихся мечей – не менее половины присутствующих были сторонниками сборщика дани. Хануфер явно подготовился к перевороту, однако уже в следующий момент Лесной Маг понял, как мечи умудрялись одолевать магию – только импровизация, только неожиданный стремительный ход.
На балюстраде внезапно возникли чёрные фигуры стрелков, и щелчки разряжаемых арбалетов слились почти в единый звук. Эндар успел: время послушно замедлило свой бег, и стремительные чёрные молнии тяжёлых стрел превратились в медлительных червяков, пробиравшихся сквозь густой воздух. Маг не стал возвращать стрелы обратно: где-то на полпути к цели стальные древки натолкнулись на невидимую преграду, согнулись почти под прямым углом и со звоном упали на камень плит, выстилавших пол тронного зала. Но одну стрелу Катри не отбил (не стал отбивать?) – чёрный росчерк ударил Хануфера в висок, и хищнолицый завалился набок. Ты мне больше не нужен, проводник...