Металлическое чудовище

На мгновение фигура застыла, готовясь, настраиваясь, как спортсмен, – химера, аморфная, но странно симметричная, под темнеющим небом, на фоне зелени долины, и перед ней застывшее войско…
И тут – она ударила!
Вперед устремились две руки – скользящим движением, с ужасающей силой. Они прошли сквозь передние ряды вооруженных людей, пробили в них две большие бреши.
Испытывая приступ тошноты, я увидел, как разлетаются обрывки людей и лошадей. Другая рука устремилась вперед, как молотящая змея, присоединилась к концу первой, стала стофутовой цепью и, подобно цепу, забилась в толпе. Третья рука нанесла тесной группе солдат прямой удар.
Все наши преследователи побросали мечи, копья, пики, с криками побежали. Всадники пришпоривали лошадей, топтали пехотинцев, бежавших перед ними.
Разрушитель, казалось, забавляется, глядя, как они бегут.
Прежде чем они убежали на сто ярдов, он распался. Я услышал негромкие воющие звуки, и вот непосредственно за бегущими снова сформировался угловатый столб, у него выросли руки и опять ударили во людям.
Те разбежались с дикими криками, поодиночке, парами, небольшими группами, бежали к краям долины. Они походили на крыс, в панике разбегающихся по дну большой зеленой чаши. И, как огромная кошка, чудовищная фигура играла с ними, да, играла.
Она снова рассыпалась, приняла новую форму. На месте столба с руками возвышался треножник тридцати футов высотой, ноги его состояли из перемежающихся кубов и пирамид, а наверху вращался огромный круг из шаров. Из середины круга протянулось щупальце, извивающееся, разворачивающееся, как стальная змея, не менее восьмидесяти футов длиной.
На его конце шары, кубы и пирамиды слились, образовав большой треугольник. И вершинами этого треугольника фигура била – быстро, с удивительной точностью, весело – била бежавших, протыкала их, подбрасывала высоко в воздух.
Я думаю, именно эта игривость разрушители заставила меня в ужасе открыть рот и не отрываться от страшного зрелища.
Вооруженные люди продолжали разбегаться, но треножник был быстрее их.
С устремлявшейся вперед змеи лился красный дождь.
Я слышал, как вскрикнула Руфь, оторвал взгляд от долины, повернулся. Она без чувств лежала на руках Дрейка.
За ними стояла женщина, глядя на бойню, спокойная и неподвижная, окутанная неземным равнодушием. Ее взгляд показался мне таким же холодным, безличным, незаинтересованным, как взгляд звезд на ураганы и землетрясения нашего мира.
Слева послышался топот множества ног; Чу Минг закричал. Сошли ли они с ума от ужаса, подгоняло ли их отчаяние, хотели ли они убить, прежде чем сами будут убиты? Не знаю. Но те из вышедших их туннеля, кто остался в живых, устремились к нам.
Они были совсем близко, закрывались щитами. Луков у них не было. Молча они приближались к нам, сверкали их мечи и копья.
Разрушитель качнулся к нам, металлическое щупальце протянулось как змея, чтобы оказаться между нападающими и своей необычной хозяйкой.
Я услышал крик Чу Минга; он поднял руки, закрыл глаза – и побежал прямо на копья!
– Чу Минг! – закричал я. – Чу Минг! Сюда!
И побежал к нему. Но меня обогнал Вентнор, стреляя из пистолета. Копье мелькнуло в воздухе и ударило китайца в грудь. Он пошатнулся, опустился на колени.
И в этот момент гигантский цеп ударил по солдатам. Он косил их, как серп спелую рожь. Разорванных и искалеченных, разбрасывал по склонам долины. Останки даже отдаленно не напоминали людей.
Вентнор оказался возле Чу Минга, я тоже опустился рядом с ним. На кубах китайца показалась розовая пена.
– Я подумал, что Шин-дже убьет нас, – прошептал он. – Страх ослепил меня.
Голова его опустилась, он дернулся, застыл.
Мы встали, ошеломленно оглядываясь. У выхода из расселины стояла женщина, глядя на Дрейка. А тот держал на руках Руфь, прижав ее голову к груди.
Долина опустела, только груды тел были рассыпаны по ней.
Высоко в горах виднелось несколько человек – все, что осталось от войска, устремившегося в долину, чтобы пленить или убить нас. А высоко в темном небе показались ягнятники, крылатые стервятники Гималаев.
Женщина подняла руку и снова поманила нас. Мы медленно двинулись к ней, остановились рядом. Большие ясные глаза рассматривали нас. Не менее удивленно смотрели и мы на нее.