Южный Урал, № 27
УЧЕТЧИЦА МАША
На кауром в лунномдымеЕдет Маша-егоза,Под ресницамибольшимиЗадремала бирюза.От луны земля лоснится,Воздух пахнет бороздой,Дремлет Маша,Маше снитсяЗвон пшеницы яровой.Снится хор на сельскойсцене,Рослый тополь у окна.Снится, с помощьюантенныПлощадь Краснаяслышна.Снится праздник в деньосенний,Вкусно пахнет пирогом,Входит счастье к Машев сени.Черный чуб подкозырьком.Осторожно конь ступаетИ уздечкой не звенит,Ибо знает, понимает,Что его хозяйка спит,Что устала за деньМаша,Облетая весь район…День и ночь бригадапашет,Чтоб свершился Машинсон.ПО РАЦИИ
По рации передаваясводку,Кричал радист Божко,шинель надев,— Я — «свет»!.. Я —«свет»!..Чертовская поездка.Сегодня ночьюзавершаем сев.Да!.. Да!..Я говорю: сегодня ночью.Вы слышите?!Еще понять молю,Что я вас очень,более, чем очень,Вы слышите,Наташенька,— люблю!ЗВЕНИТ ПШЕНИЦА
Гроза устала огрызаться.Победоносный лучструится.Как хорошо на сердце,братцы,Когда в степи звенитпшеница.Она звенит о чем-тоглавном,О чем-то самомсокровенном, —О том, что в мире этом явноУходит старое сосцены.Что молодеют нашигоды.Что где любовь, там нетпокоя.Что наших днейживые водыЦветы грядущегонапоят…Звенит высокая пшеница!ХЛЕБ
…И вижу берег очарованный,
И очарованную даль…
Я ошибался, дорогая,И был наивней простака,Когда считал, что в караваеВсего лишь дрожжи и мука.В нем дождь и снег,И луч багряный,Печаль и радость,Пот и сталь,Любовь,И музыка баяна,И очарованная даль.Николай Смелянский
ПРАВО НА СЧАСТЬЕ
Пьеса в 4 действиях, в 9 картинах
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:М и х а и л П о д г о р н о в — старший горновой доменного цеха.
С т е п а н и д а М а т в е е в н а — его мать.
Ф е н я — крановщица.
К а л а б у х о в А ф а н а с и й Я к о в л е в и ч — мастер доменного цеха.
В е р о ч к а — его дочь.
М а к с и м К а р л ы х а н о в — горновой.
В а с и л е к — электрик.
Г о р б а ч е в А л е к с е й П е т р о в и ч — начальник доменного цеха.
П о ч т а л ь о н — девушка лет 17—18.
Действие происходит в наши дни, на Урале.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
КАРТИНА ПЕРВАЯКомната старшего горнового доменного цеха Михаила Подгорнова. Две двери: одна входная, вторая на кухню. Окна выходят на уличную магистраль. Мебель нагромождена беспорядочно, и ее явно много для одной комнаты: шифоньер, швейная машина, диван, кровать, буфет, большое трюмо. На тумбочке — радиоприемник.
Ф е н я (в распахнутое окно). Скорее приезжай, Миша, ладно? Лучше автобусом. Что? Не слышу. (Машет ему рукой и закрывает окно. Подходит к зеркалу. Прихорашивается).
Неслышно входит Василек.
В а с и л е к. Подтверждаю: красивая!..
Ф е н я (резко оборачивается). Ну тебя, напугал…
В а с и л е к (подает руку). Здравствуй, Феничка, здравствуй! Почему дома сидишь? На улице благодать, как в Крыму.
Ф е н я. Ты там был?
В а с и л е к. Пока еще не был, но представляю. Не веришь? Посмотри в окно: солнце, цветы душистые, музыка. Птиц налетело со всяких стран тьма-тьмущая.
Ф е н я (смотрит в окно). Обыкновенные воробьи.
В а с и л е к. Что ты! Они же поют! (Посмотрел в окно). Михаил-то где?
Ф е н я. Поехал в жилотдел. Мы уже год как в очереди стоим на новую квартиру. И все обещают. Недавно сообщили, что твердо решено дать нам двухкомнатную квартиру по проспекту Металлургов. И опять ничего не вышло. Говорят, какая-то раззява пропустила в списках нашу фамилию.
В а с и л е к. Безобразие! (Ходит по комнате).
Ф е н я. Представляешь, Василек, а мы уже мебель купили…
В а с и л е к. Вижу. Вроде, как в комиссионном.
Ф е н я. И ничего, как будто, лишнего.
В а с и л е к. Михаил — хозяйственный муж. Ему бы помощником начальника по быту.
Ф е н я. Подожди, женим тебя — тоже станешь разбираться в хозяйственных делах. Да ты садись. Не люблю, когда мечутся из угла в угол…
В а с и л е к. Мышцы ног тренирую, квалификацию не хочу потерять.
Ф е н я. Чемпионом будешь.
В а с и л е к. А некоторым своих трудов не жалко. Кружок перестали посещать.