Сборник рассказов и повестей.
АВАРИЯ
Кресло, каждый изгиб которого - совершенство.
Блистающий кнопками пульт. Вогнутая, будто сложенная из
телеэкранов, стена. Когда-то считалось, что так будет
выглядеть рубка межзвездного корабля. Оказалось, что так
будет выглядеть кабинет крупного ответственного работника.
Нет-нет, не было ни жертв, ни разрушений - просто вспыхнули и медленно стали гаснуть экраны.
Генеральный директор потыкал пальцем во все кнопки и вне себя откинулся на спинку кресла. Такого еще не случалось! Ну, бывало, что забарахлит канал-другой, но чтобы так, скопом… Он был отсечен от подчиненных, как голова от туловища.
Генеральный директор схватил со стола пластмассовый стаканчик и залпом проглотил остывший кофе.
Вогнутая, как бы сложенная из экранов стена упорно не хотела оживать. Вместо этого мелодично забулькал сигнал видеофона.
Директор нажал клавишу, и на изящном настольном экранчике возник незнакомый юноша, одетый… Ну да, в одну из этих самодельных веревочных маечек… Как же они их называют? Какое-то совершенно дурацкое словцо…
– Здравствуйте, - сказал юноша. - Я к вам сейчас подъеду.
– Что происходит? - в негодовании осведомился директор. - Почему вдруг…
– Ничего страшного, - успокоил юноша. - Это не на линии, это у вас в кабинете неисправность. Скоро буду.
– И дал отбой.
"Плетка!" - внезапно вспомнил директор название веревочной майки и рассвирепел окончательно. При чем здесь плетка? Плетка - это совсем другое… Пороть их, сопляков, некому!
Он смял в кулаке пустой стаканчик и бросил на стол. Интересно, сколько времени юноша в "плетке" провозится со всей этой механикой? Если группа учреждений останется без руководителя минут на пятнадцать - тогда, действительно, ничего страшного. Но тут, кажется, речь идет не о минутах, а о часах… Ну и сотруднички в службе связи! Ведь это надо было сидеть и плести… И ведь в рабочее время, наверное!…
И вдруг генеральный директор сообразил, что вызывающе одетый сотрудничек будет первым его посетителем за пять лет - настоящим, не телеэкранным. Ошеломленный этой мыслью, он оглянулся на персональный пневматический лифт в углу кабинета. Черт возьми, раз так, то надо встретить. Какой-никакой, а гость…
Он нажал кнопку, и из ниши в стене выскочил киберсекретарь на тонких трубчатых ножках.
– Два кофе, - барственно, через губу, повелел генеральный директор. - И наведи-ка здесь, братец, порядок…
Техники, как известно, опаздывают, но этот, в "плетке", видимо, был какой-то особенный: прибыл быстро, как обещал. От кофе вежливо отказался, раскрыл сумку и принялся выкладывать на стол разные диковинные инструменты.
Директор откашлялся. За пять лет он начисто отвык говорить на работе с живыми людьми.
– И долго вы ее плели? - поинтересовался он наконец.
Юноша вопросительно посмотрел на директора, потом понял, что речь идет об его уникальной маечке.
– Вообще-то долго, - со вздохом признался он. - Дня три.
– И какие преимущества? Я имею в виду - перед фирменными рубашками?
Юноша почесал в затылке.
– Понятно… - сказал директор. - Я надеюсь, поломка не очень серьезная? Вы учтите: целая группа учреждений отрезана от руководства…
– Минут за пятнадцать справлюсь, - обнадежил юноша. - Да вы пойдите пока, погуляйте. Я слышал, у вас тут парк замечательный…
– Где? - не понял директор.
Юноша удивился.
– Как "где"? Здесь.
Он вскинул голову и чуть ли не с ужасом уставился на клиента.
– Так вы что, ни разу в парке не были?
– Вообще-то я приезжаю сюда работать, а не прогуливаться, - сухо заметил директор. Юноша смотрел на него, приоткрыв рот. Директору стало неловко.
– И потом я всегда думал, что в кабинет можно попасть только лифтом, - смущенно признался он. - Сначала подземкой, а там сразу лифт…
– Да как же это вы! - всполошился юноша. - Да это же и в инструкции должно быть указано… Вон та клавиша, видите?
Он подошел к стене и утопил клавишу. В ту же секунду добрая треть стены куда-то пропала, и директор отшатнулся, как перед внезапно распахнутым самолетным люком.
Неимоверной глубины провал был полон листвы и солнца.
– Ничего себе… - только и смог выговорить директор. Он почему-то всегда полагал, что его командный пункт расположен в одном из подземных ярусов. Оказалось, что на первом этаже.
Веселая шелковистая трава шевелилась у самых ног. Шорохи и сквозняки летнего утра гуляли по кабинету.
– Так вы говорите, пятнадцать минут у меня есть?
Удивительный день! Все впервые. Отключились экраны, зашел человек, открылась дверь в стене…
Директор разулся и посмотрел назад, на свой кабинет.
Вот, значит, как он выглядит со стороны… Белый, словно парящий в воздухе куб с темным прямоугольником входа и лесенкой в три ступеньки. А вон еще один кубик… Да их тут много, оказывается.
Вдали из-за дерева проглядывала неширокая полоска воды.
"Если провозится подольше, можно будет на речку сходить…" - удивив самого себя, подумал директор.
На соседней поляне загорали. Там, прямо на траве, возлежал дородный мужчина в трусиках строгого покроя. Чувствовалось, что загорает он с недавних пор, но яростно: кожа его была воспаленно-розового цвета.
Глядя на него, директор почему-то забеспокоился и подошел поближе, всматриваясь и пытаясь понять причину своей тревоги.
Во-первых, загорающего мужчину он откуда-то знал. Но причиной было не это. Причиной была неуловимая нелепость происходящего.
Крупное волевое лицо, твердый, определенных очертаний рот, упрямый, с ямкой, подбородок… Такого человека легко представить за обширным столом перед вогнутой стеной из телеэкранов. Человек с таким лицом должен руководить, направлять, держать на своих плечах сферы и отрасли.
Воспаленно-розовый ответственный работник на нежно-зеленой траве посреди рабочего дня - воля ваша, а было в этой картине что-то сюрреалистическое.
Директор неосторожно зацепил тенью лицо лежащего. Воспаленно-розовое веко вздернулось, и на генерального директора уставился свирепый голубой начальственный глаз.
– Я загораю, - низко, с хрипотцой сообщил лежащий.