Прелюдия (ЛП)
Уходя, я останавливаюсь возле кухни.
– Мисс Пендлтон, я скоро вернусь, – я целую её в щеку, пока она присматривает за тем, как запекается курица.
– Дорогая, почему бы тебе не остаться и не пообедать со мной? Я могу приготовить блинчики, которые ты так любишь
И хотя запечённая курица и картошка выглядят просто восхитительно, и я бы не возражала против блинчиков, всё, чего я хочу – это покинуть пентхаус Джулиана. Зачем ждать неизбежного краха? Когда я окажусь дома, я, наконец, смогу выплакать все свои слезы.
– Пахнет очень вкусно, но мне нужно идти. Спасибо.
– Лина, – кричит она, прежде чем я добираюсь до лифта. Мой палец уже на кнопке вызова, когда я оборачиваюсь.
– Да, Мисс Пендлтон?
Я жду, и она бросается в мою сторону. Взяв меня за руку, женщина изучает моё лицо, прежде чем сказать:
– Ты – единственная.
Я в замешательстве трясу головой.
– Единственная?
Прижимая меня к себе, она обнимает меня.
– Ребёнок мой дорогой, ты единственная, кого он приводил в свой дом, – женщина делает паузу, прежде чем признаться, – Ты единственная. Пожалуйста, помни это.
Ну, думаю, я не последняя.
Перед тем как уйти, я грустно улыбаюсь ей. Её заботливый поступок согрел моё сердце, но не убрал боль.
***Я вхожу в лифт, хватаясь за перила, чтобы не упасть. Как я могла быть такой глупой? Он никогда не обещал тебе больше, чем секс на одну ночь. Но я продолжаю вспоминать его слова: «Наконец–то, ты моя».
Остановись, хватит!
Как только двери открываются, я делаю глубокий вдох. Ты сможешь. Я прохожу через вестибюль, пытаясь остаться незамеченной. Это моя первая аллея утреннего позора. Люк, швейцар, делает вид, что не видит меня. Умница. Направляясь прямо к парадным дверям, я иду только по одному направлению… домой.
Выходя, средь бела дня, я вижу только темноту. Я продолжаю свой путь на север с определённой целью. Когда я дохожу до угла следующего квартала, останавливаюсь. Одной рукой я сжимаю сумочку, другой держусь за угол здания, и мне нужна вся моя сила, чтобы не упасть.
Что я делаю?
Стою на углу незнакомого здания, наблюдая, как проходят люди. Пытаюсь найти утешение среди окружающих меня незнакомцев. Некоторые просто проходят мимо, а некоторые откровенно пялятся на меня. Если бы я не была одета в красивую одежду и сексуальные туфли, меня с лёгкостью можно было бы принять за бездомную. Мои волосы в полном беспорядке. Макияж размазан. Я поднимаю голову и смотрю на небо. Облако тьмы окутывает меня.
Что же мне теперь делать?
Двое мужчин, каждый из которых важен, разбили мне сердце.
Итак, я бросила своего жениха, а он даже не боролся за меня. А ещё я провела самую страстную ночь в своей жизни с мужчиной, который оставил меня на следующее утро в своей постели… одну.
Страсть победила гордость. Я добровольно отдавалась Джулиану. Всю. Ночь. На пролёт. Одурманенная похотью, я обманывала себя, что это нечто большее, чем секс на одну ночь. Хотя он предлагал лишь одну ночь. Я могу дальше жалеть себя, или могу покинуть этот угол до того, как кто-то бросит мне денег под ноги.
К чёрту всё.
Нахер Эндрю.
Нахер Джулиана
Нахер их обоих.
Проходит несколько минут, прежде чем я беру себя в руки, отказываясь продолжать лить слезы.
Разбитое сердце – это лишь прелюдия…
Раскрывая клатч, я достаю телефон и наушники. Прокручивая музыку, я нажимаю на «I Will Survive» Глории Гейнор, а затем ставлю «Fuck You» Си Ло Грина на повтор. Я гордо выпрямляюсь и делаю глубокий вдох. Всё будет хорошо, Лина. Давай же, девочка. Домой. Наплавляясь к северу по Бродвею, я иду вперёд к своей новой жизни, и тогда мне приходит сообщение.
МАРСЕЛЬ: Нам нужно поговорить.