Лунный свет

– Пейшенс будет только приносить вашу еду. Кухарка вашей матери согласилась готовить вам обед в Дауэр-Хаус. Думаю, что котята вне опасности.
Его рука сама собой потянулась погладить золотые локоны, переливавшиеся в свете камина. Дождь бил в ставни, но в комнате было сухо и уютно.
– Вот как вы устроили! Эта карга служит только моей матери и отказывается переступать порог моей комнаты. Вы, должно быть, околдовали ее каким-то заклинанием.
Обри загадочно улыбнулась.
– Сейчас вы должны принять ванну, не то она остынет. Ваша мать присоединится к нам за обедом и, я думаю, не захочет ждать.
Остину не хотелось покидать уютное кресло. Он не помнил, когда еще чувствовал себя так хорошо, и покой притягивал его. Однако он не мог долго прохлаждаться.
– День прошел хорошо? – спросил он, вставая с кресла и пристально вглядываясь в ее лицо.
– Прекрасно, милорд. Я встретила Анну и Марию, – добавила она поспешно, так же, как и он, недовольная, что эти мгновения закончились. – Они такие, как вы описали, и даже лучше!
– Хорошо. Теперь у вас будут друзья, чтобы развлекать вас. Он выжидающе смотрел ей в лицо.
Внезапно осознав, что Матильда еще в комнате, Обри не решилась выказать свои чувства. Вместо этого она только улыбалась.
Остин почувствовал, как сердце забилось у него в груди при взгляде на манящий свет в ее глазах. Он хотел, чтобы она рассказала о встрече с Джеффри или хотя бы с Харли, но у него не было права заставлять ее это делать. У него вообще не было никаких прав, кроме права ждать того дня, когда к нему вернутся незапятнанная репутация и удача, чтобы предложить их ей.
С таким же успехом он мог ждать, когда скалы Дувра рухнут в море.