Как убивали «Спартак»
Романцев оказался чужим не в «Динамо». Он оказался, по крайней мере пока, чужим в футболе 2000-х. Регалии 1990-х превратили выдающегося тренера в памятник самому себе. Памятник тех времен, когда Романцев был сам себе хозяин и ни перед кем, ни за что не отвечал. В результате чего во многом и стал тем, кем стал.
А закончилось все печально: Романцев потерял к себе и своему многолетнему и заслуженному авторитету всяческое уважение. Прокрутка через «Спартак» 70 в большинстве своем бездарных новичков не могла состояться без согласия главного тренера. Ему, скажете, их навязывали? А теперь подумайте сами: как он, Романцев, мог позволить, чтобы ему беспрерывно навязывали какой-то нелепый зоопарк? Почему он безропотно, молча, терпел это несколько лет?
Секрет Полишинеля, что и потом, в «Сатурне» и «Динамо», по трансферным вопросам с ним не больно — то и советовались. Главный тренер лондонского «Челси» Жозе Моуринью как — то заметил, что если бы владелец клуба Роман Абрамович приобретал игроков, не считаясь с его мнением, «Челси» бы вылетел во второй дивизион, а если бы он, Моуринью, полез в финансовые вопросы, то «Челси» бы обанкротился. Боссы клуба относятся к тренеру так, как ставит себя сам тренер. Романцев, превратившись из президента и хозяина «Спартака» в наемного работника, поставить себя так и не смог. И это — еще одна причина его бед.
Что происходит с теми, кто стоит на месте, в разговоре со мной осенью 2004-го заметил тот же Моуринью: «Мне надо расти каждый день хотя бы потому, что, стоя на месте, можно продержаться максимум два года. Через пять лет такого простоя ты исчезнешь с тренерской сцены. Как и с любой сцены в жизни».
Нынешнего хозяина «Спартака» Леонида Федуна, бывало, упрекали за то, что вопрос о возвращении Романцева на пост главного тренера он не рассматривал. Осенью 2004-го в нашей беседе Федун, выразив уважение знаменитому тренеру, тактично заметил: мол, давайте понаблюдаем за успехами Олега Ивановича в «Динамо».
Федун — крупный бизнесмен, а такие люди не живут ностальгией. И хотя жизнь так и не доказала правильность выбора им Александра Старкова, правильность невыбора Романцева сомнению вряд ли подлежит. Теперь, полагаю, даже у сентиментальных спартаковских болельщиков.
«Работаю с таким же рвением, как в первый год в „Спартаке“», — обманывал себя Романцев в зимнем интервью 2005 года, будучи главным тренером «Динамо». Хотя казалось это правдой: все, кто приезжал в расположение бело-голубых, отмечали необычайную энергию и живость тренера. Точно так же отмечали ее и годом ранее на предсезонных сборах «Сатурна».
Этого оказалось недостаточно. «Можно лечь спать талантливым, а проснуться бездарным», — сказал кто—то из мудрых. Говорить так о Романцеве было бы, конечно, некорректно. Но эта сентенция отражает суть беды человека, которому наш футбол многим обязан. И которого Евгений Ловчев, один из самых знаменитых капитанов «Спартака», человек, который не испытывает к Олегу Ивановичу никаких личных симпатий, тем не менее после отставки назвал «спартаковским памятником».
А еще Романцев менялся вместе со временем. Он начинал в «Спартаке», когда всю страну сшиб с ног запах свободы, когда высшей ценностью для миллионов были не деньги (их тогда сдуло, как пыль), а правда — из телепрограммы «Взгляд», журнала «Огонек» или «Нового мира». Когда все млели от откровенности молодых и бесстрашных депутатов из «межрегиональной группы», шахматные битвы Каспарова с Карповым рассматривали как борьбу новой жизни со старой и восторгались речью с танка, произнесенной будущим президентом России во время путча.
Пройдут годы. Лица депутатов и тележурналистов заметно округлятся, шахматный гений из финансовых побуждений развалит свой мир на несколько королевств, а глава государства окружит себя сытыми придворными и начнет, покачиваясь на ветру, дирижировать оркестром.
С Романцевым, обласканным той же самой властью и системой в его звездные 1990-е (вспомните приход Бориса Ельцина в раздевалку после победы над «Фейеноордом» и помощь Национального фонда спорта), убежден, произошло то же самое. Талантливому тренеру ситуация не только в клубе, но и в национальном футболе и в стране позволила превратиться в неадекватного самодержца. У которого вовремя не оказалось ни сдерживающих факторов, ни противовесов.
Романцев со «Спартаком» разошлись, и никто из них с тех пор не был счастлив порознь.
Возможен ли фантастический сюжет: тренер возвращается в команду, и они вместе расцветают так же, как раньше?
Думаю, что нет.
Такое бывает только в голливудских сказках. А у нас — жестокая российская футбольная жизнь.