Кто убил президента Кеннеди?

Оба эти инцидента тоже стали предметом пристального расследования.
Хозяйка мебельного магазина, миссис Витворт, и ее приятельница, миссис Хантер, немедленно узнали Ли и Марину Освальдов на экране телевизора. Они подробно и обстоятельно описали следователям Комиссии их визит. Семья подъехала на машине — белый с голубым «форд», примерно 1957 года (именно такой, какой был у Руфи Пэйн). Сначала вошел муж, потом он вернулся к машине и привел семью. Обе приятельницы отметили, что супруги за все время не сказали друг другу ни слова. Только по короткому замечанию, сделанному Мариной старшей дочери, они поняли, что женщина — иностранка. Миссис Витворт повела Освальда вглубь магазина показывать мебель, и они немного поговорили о детях и о том, что вот младшая Освальдов родилась 20-го октября, а у хозяйки есть двое внуков, а им всегда хотелось девочку, и не обменять ли нам их, а? Когда семья уезжала, миссис Хантер вышла из магазина и указала Освальду на то, что улица эта с односторонним движением, поэтому ему следует повернуть на запад, а потом свернуть у светофора. Освальд уехал, не сказав ни слова благодарности за совет.
Чтобы дискредитировать простые и ясные показания двух женщин, Комиссии понадобилось уже полторы страницы Отчета. Спрашивается — зачем? Чем следователей не устроила эта невинная история? Скорее всего, двумя вещами: тем, что Освальд к тому времени свободно водил машину, и тем, что визит, судя по показаниям обеих свидетельниц, имел место в будний день, между двумя и тремя часами. То есть, что Освальд, несмотря на свои стесненные обстоятельства, готов был отлучаться с работы, когда ему было это нужно, и добирался до Ирвинга без помощи Вэсли Фрезера.
Визит в автомобильный магазин описан Альбертом Богардом и другими продавцами, видевшими Освальда. Он явился туда в субботу днем, 9 ноября, и попросил показать ему красную машину марки «меркьюри-комет» с двумя дверьми. Богард предложил ему опробовать машину. Освальд вел автомобиль по шоссе со скоростью 60–70 миль в час и заворачивал так резко, что продавец был рад вернуться в магазин живым. Освальд заявил, что денег на первый взнос (нужно было 300 долларов) у него нет, но недели через три у него будет достаточно денег, чтобы купить машину за наличные (3000–3500 долларов). Богард записал имя потенциального покупателя на обороте своей визитной карточки. Когда же днем 22-го ноября по радио передали имя человека, арестованного по подозрению в убийстве полицейского, Богард достал карточку с именем Ли Освальд, разорвал ее на глазах у других продавцов и сказал, что «меркьюри-комет» этому человеку теперь вряд ли понадобится.
На следующий же день, прослышав про эту историю, в автомагазин явились агенты. ФБР. Богард провез их по тому же пути, который они проделали с Освальдом. Между прочим, маршрут их на участке Стиммонс-фривей совпадал с предполагавшимся маршрутом президента, а сам автомагазин находился в двух шагах от Техасского распределителя учебников. Хотя агентов ФБР явно огорчали показания Богарда, он повторял их раз за разом, не изменяя, выдержал испытание на детекторе лжи и затем то же самое рассказал Комиссии Уоррена.
И снова целая страница Отчета тратится на дискредитацию показаний свидетеля, который не противоречит себе ни в одном слове, которого невозможно заподозрить во лжи. Ради чего? Да потому что снова получается, что Освальд умел водить машину и что он ждал крупную сумму денег. Или, на худой конец, что это был не Освальд, а человек, который изображал его. То есть заговорщик.
Любопытно, что Отчет ссылается на Руфь Пэйн, которая якобы была с Освальдом весь день в субботу 9 ноября и отрицает визит в авто-магазин. Но та же Руфь Пэйн показала, что в этот день она привезла Освальда в Даллас, чтобы он мог сдать экзамен на вождение и получить права. Пункт для сдачи экзамена находился неподалеку от авто-магазина, но оказался закрыт в тот день. Конечно, Освальд мог и провалить экзамен. Но и он, и Руфь Пэйн явно считали, что его водительские навыки достаточно прочны, чтобы попытаться. Отчет же опять применяет обратную логику: мы знаем, что Освальд не умел водить, поэтому Богарду верить не следует.
В феврале 1966-го Богард был найден мертвым в своем автомобиле, отпаркованном на кладбище. Толстый шланг шел от выхлопа внутрь машины, окна которой были закрыты. Заключение полиции — самоубийство.
Упражнения в стрельбе
Визит в мебельный магазин, описанный выше, произошел случайно. Как показала хозяйка, миссис Витворт, Освальд появился со свертком под мышкой и спросил, не могут ли они починить ему ружье. Дело в том, что часть мебельного магазина раньше арендовал оружейный мастер. Он разорился, уехал, но вывеска его снаружи еще оставалась — она-то и привлекла Освальда. Миссис Витворт не помнила точно, дала ли она Освальду адрес другого спортивного магазина, где ему могла бы помочь с ружьем, но сказала, что, как правило, она непременно дает людям совет, куда им следует обратиться.
Как раз неподалеку в Ирвинге находился спортивный магазин, в котором работал механиком и продавцом молодой человек по имени Дайал Райдер. На следующий день после убийства президента он убирал свой верстак и обнаружил ярлык на ремонт ружья с именем «Освальд». Ни адреса, ни даты. Судя по цене, проставленной на ярлыке, работа состояла в просверливании трех дырочек для укрепления оптического прицела и в предварительной пригонке его. Райдер был уверен, что он выполнял эту работу в первой половине октября. Хозяин как раз уехал в отпуск, и он оставался один в магазине, а дело было накануне охотничьего сезона, так что ему приходилось укреплять по 25 прицелов за неделю, не считая всей остальной работы. В такой запарке он не мог запомнить всех посетителей и не был уверен, видел ли он самого Освальда в магазине или нет. Зато он с абсолютной уверенностью заявлял, что никогда не производил никаких работ над итальянским ружьем калибра 6.5 — таким, какое было найдено на шестом этаже ТРУ. Да и известно, что ружье было получено Освальдом по почте с уже просверленными дырочками для прицела.
Итальянское ружье калибра 6.5 видели в руках Освальда другие свидетели — отец и сын Вуд. Тринадцатилетний Стерлинг Вуд очень хорошо запомнил молодого человека, которого он встретил на стрельбище под Далласом. Их кабинки находились рядом. Молодой человек стрелял из необычного ружья с коротко отпиленным стволом, из которого при каждом выстреле вырывался пучок огня. Использованные гильзы он аккуратно вынимал и прятал в карман. Почти все его пули ложились в десятку. Стерлинг не удержался и спросил его: «Сэр, ваше ружье — это итальянский карабин калибра 6.5?» — «Да», — ответил стрелявший. Потом он уехал в автомобиле (кажется, новом «форде») вместе с другим человеком, который вел машину.
Отец Стерлинга, доктор Гомер Вуд, тоже был на стрельбище и подтвердил все рассказанное его сыном. Он заявил, что сын его такой специалист в ружьях, каким ему никогда не бывать. В день убийства президента, когда Освальда показали на экране телевизора, доктор Вуд немедленно узнал его. Но он не сказал об этом сыну, решив посмотреть, опознает ли он подозреваемого. Стерлинг, увидев фотографию в газете, воскликнул: «Па, да ведь это тот самый, что стрелял из соседней кабинки!»
Видели Освальда на том же стрельбище в разные дни и другие люди. Мистер Гленвил Слэк столкнулся с ним два раза: в воскресенье 10 ноября и в следующее воскресенье, 17-го. Во время первой встречи он предложил Освальду участвовать в небольшом стрелковом состязании, от чего тот отказался. Во время второй произошел конфликт. Мистер Слэк только что повесил оплаченную им мишень и собирался стрелять, как из соседней кабинки раздался выстрел, и дырка появилась в мишени мистера Слэка. Рассерженный, он побежал жаловаться управляющему. Управляющий явился и строго выговорил двум молодым людям, находившимся в кабинке. Один из них был Освальд. Мистер Слэк заявил на следствии, что он и 20 лет спустя будет помнить взгляд, которым наградил его Освальд на прощанье. Слэк также заметил, что у молодых людей было несколько ружей. С итальянскими обрезанными карабинами они обращались довольно небрежно — просто кинули в багажник машины, когда уезжали. Но одно ружье, завернутое в серое одеяло с красной каемкой, передали через ограду весьма осторожно.