Превратности судьбы

стояла жара, однако с наступлением ночи на землю опускалась не только темнота, но и прохлада, которой так не хватало, пока светило солнце. Помимо кровати в палатке можно было увидеть небольшой столик и стул. Свет проходил внутрь через окошко, затянутое сеткой, чтобы внутрь не попадала мошкара.
-Почти по-домашнему, - оценила Катя своё новое жильё.
С этими словами она легла. Усталость дала о себе знать, как только голова коснулась подушки. В этот момент Шувалова поняла, как болит её тело, оттого что несколько ночей пришлось спать на твёрдой земле. Она с ужасом вспомнила события двухдневной давности: боевики, похищение, обстрел деревни, кровь, смерть…. Катя открыла глаза: нужно попытаться забыть это как страшный сон. Но забывать не хотелось: не случись всего этого, она бы не встретила его, и не было бы того, что произошло между ними прошлым вечером.
Она провела кончиками пальцев по своим губам, на которых она до сих пор чувствовала его поцелуй, и одно это воспоминание заставило её сердце биться быстрее. Катя улыбнулась самой себе: отрицать было бесполезно, мысли об Александре были ей приятны и заставляли её трепетать всем телом. С одной стороны – оставить её в военном лагере было не лучшей идеей дяди, но с другой – теперь у неё была возможность снова видеться с ним.
Свернувшись калачиком, она отвернулась к стенке и закрыла глаза, чувствуя, как сон постепенно заволакивает мысли, погружая её в мир спокойствия и тишины.
Солнце медленно опускалось за горизонт. Солдаты вернулись из очередного патруля и разошлись по палаткам. Друзья младшего сержанта не могли дождаться, когда окажутся в лагере, им не терпелось пообщаться со своим товарищем, которого они все считали погибшим. Тот факт, что Шторм и Чудов вернулись живыми, никак не отразился на их распорядке, поэтому пришлось ждать окончания дня, чтобы навестить солдата.
Как только прозвучал приказ разойтись по своим палаткам, группка солдат неспеша двинулась в больничное крыло, как называл ту часть лагеря Денисов.
Александр лежал на кровати с закрытыми глазами. Услышав шум голосов, он повернул голову туда, откуда он доносился, чтобы посмотреть, кто к нему пришёл на этот раз.
-Ну-ка, где тут наш подпорченный дружочек! – просиял Чудов. – Добрые врачики пришли осмотреть твои ранки. Ба! Да он никак уже опочивать собрался!
-Не спать, товарищ младший сержант! – сказал рядовой Кочетов и улыбнулся.
-Парни! – воскликнул Шторм.
-Мы с опозданием, - извиняющимся тоном произнёс ефрейтор Обухов, - Терехов не счёл ваше с Кирей возвращение великим праздником.
-Да, и мы работали как негры на плантации! – поддержал друга рядовой Кочетов.
Александр улыбнулся:
-Враг не дремлет даже в те дни, когда противник чествует своих героев! Наоборот, это самое удачное время осуществлять свои коварные планы.
-Ой, и ты туда же! – скорчил недовольную гримасу Кирилл. – Прямо ни дать ни взять Денисов номер два!
Ребята рассмеялись. Шторм положил руку на рану, её обработал военный хирург, и дело пошло на поправку, но двигаться и смеяться было ещё больно.
-Я тут хотел кое-что тебе сказать, - начал Вадим Киреев, тот самый, с которым у них не сложились отношения в начале совместной работы.
Остальные солдаты замолчали. Все прекрасно видели, как тяжело дались сержанту те дни, когда Шторма и Чудова считали погибшими. Казалось, вся его спесь и гонор умерли в тот день. Никто не решался задавать вопросы, но всё и так было ясно без лишних слов.
-Извини меня за то, как я себя вёл, - продолжил Киреев, - ведь если бы не ты и не твой приказ идти на восток, мы бы никогда не выполнили это задание.
Александр тут же почувствовал себя неловко. Ещё ни разу ему не приходилось принимать чьи-либо извинения. Сглотнув комок, застрявший в горле, он сказал:
-Да ладно тебе, мы же сделали всё так, как нужно было! Нечего теперь об этом вспоминать! Как там говорят – кто старое помянет, тому глаз вон?
Сержант улыбнулся:
-Да, так и говорят. Просто я хочу, чтобы ты знал: я признаюсь, что был не прав. Ты действительно такой, каким должен быть настоящий командир! И ты можешь всегда на меня рассчитывать.
Вадим протянул руку и посмотрел на Александра.
-Я не держу на тебя зла! – ответил тот.
-Вот и молодцы! – подытожил Чудов. – А то нам как-то неловко тут стоять и смотреть, как вы беседуете о делах давно минувших дней!
-Ладно, Сань, мы пошли, - сказал младший сержант Зубов, - мы теперь здесь до конца службы задержимся, так что успеем ещё старое вспомнить и забыть.
-Да, пойдём, - согласился рядовой Орлов, - иначе чиститься и в порядок себя приводить будем как раз до завтрашнего утра, когда Терехов скомандует подъём.
-Я вас догоню, - сказал Чудов и стал ждать, пока товарищи выйдут из палатки.
-Что за тайны, ефрейтор?
Когда внутри никого не осталось, и Кирилл убедился, что их не услышат, он спросил:
-Ну, что? Она приходила?
Шторм вздохнул.
-Только из-за этого такой ореол таинственности? Нет, её не было тут.
-Она придёт, вот увидишь!
-С чего ты вообще взял, что я этого хочу?
Чудов укоризненно покачал головой, пытаясь придать себе вид, полный серьёзности.
-Вы руководить научились, а вот врать, товарищ младший сержант, никак у вас не получается! Вы уж простите меня за такую дерзость!
Александр рассмеялся:
-А вы, ефрейтор, никак в учителя ко мне набиваетесь?
-Я бы попробовал, хотя, думаю, ничего хорошего из этого не выйдет! Ты плохой - ученик! А теперь серьёзно: я не дурак, всё вижу и понимаю!
Шторм отвернулся к маленькому окошку, сквозь которое проходили последние лучи опускающегося за горизонт светила. Вот так и его собственные надежды увидеть Катю гасли с каждой минутой. Было глупо убеждать себя, что она испытывает к нему те же чувства, что и он. Её ответ на его поцелуй был понятен: она просто растерялась и не знала, как себя вести. Глупый наивный младший сержант! Ты всегда будешь для неё тем уличным хулиганом, который позволил своим друзьям причинить ей вред.
-Всё в порядке, Кирь! - наконец проговорил он, оторвавшись от своих мыслей. – Я получил все ответы на мучившие меня вопросы, и даже больше.
Кирилл молча наблюдал за другом.
-Ясно… Понятно… Я пошёл спать.
Александр смерил его удивлённым взглядом.
-И всё?
Ефрейтор улыбнулся:
-А ты хочешь, чтобы я тебя ещё и поцеловал перед сном?
Оба громко засмеялись.
-Иди давай уже, а то я начинаю думать, что вопрос был задан не просто так!
-Отдыхай, Сань.
На лагерь опустилась ночь. Было как никогда тихо и спокойно. Катя вышла из своей палатки, стараясь не издавать шума. Она направлялась туда, куда, по словам капитана Терехова, поместили Шторма. Ей было не по себе. Если кто-то увидит, как она