Монета встанет на ребро
Тот медленно и торжественно поднимался над землей, оставляя внизу суету, людские обиды и глупые ссоры. На балконе седьмого этажа за низким парапетом неподвижно стояла тонкая фигурка в широкополом шелковом плаще. Ветер шаловливо трепал мягкие черные пряди длинных распущенных волос.
– Я тебя видела такой разной, – тихонько прошептала в адрес силуэта Тилорь. Ведьма, словно почувствовав ее взгляд, подняла тонкую руку в прощальном жесте и выпустила в небо того самого, памятного серебристого голубка. Тилорь, грустно улыбнувшись, выпустила такого же в ответ. – А так и не поняла…
– Arlet injor fijasta… – тихонько ткнулся в виски далекий сказительский голос.
– Фрель, она права.
– В чем, интересно? – Удивленный пират даже на минутку оторвался от вертела, на котором они с Галирадом вот уже полчаса добросовестно пытались запечь окорок. Окорок не соглашался, сгорая с одной стороны и не прожариваясь с другой.
Я задумчиво пожевала прицепившуюся к рукаву соломинку.
– В том, что наставники, мягко говоря, не счастливы лицезреть в Храме такую Хранящую. Не являю я собой, с их точки зрения, доброго примера для студентов. Скорее разлагающий фактор какой-то.
– Тебе-то что за дело? – нахмурился Галирад. – Они тебе что, говорили об этом?
Я горько усмехнулась. Куда уж там! Кто посмеет в лицо оскорбить Хранящую?
– Чтобы оповестить о чем-то ведьму, не обязательно говорить ей это. Мы очень тонко чувствуем ауры и настроения. Ходить по коридорам, то и дело натыкаясь на брезгливо-презрительные энергетические поля при показных улыбочках на лицах, не слишком приятно, смею заверить.
– Верю, – вздохнул Фрель. – И что же теперь тебе, горемычной, делать?
– Да чтоб я знала! – Я в сердцах грохнула кулаком по подоконнику.
– По-моему, мы это уже обсуждали, – веско напомнил Галирад, глядя на меня в упор.
– Что обсуждали? – торопливо вклинился Фрель, боясь потерять нить разговора.
Я раздосадованно вздохнула:
– Галирад раз за разом предлагает мне сбежать из собственного Храма.
– Ну и что? Отличная идея! Решение сразу всех проблем! – Фрель непонимающе нахмурился. – Я что-то не могу разобраться, – тебя что, совесть…
– Да какая, к лешему, совесть! – перебила я. – Ты до сих пор веришь сказкам, что она у меня есть?! Я просто понятия не имею, как это сделать, если перемычка на Путь для меня с Вехрады заблокирована.
– Пробить блок?
– Слишком большая энергопотеря, магия не успеет рассеяться, и за мной тут же вышлют погоню. А мне нужна фора хотя бы в один день.
Фрель вдруг как-то искоса глянул на меня:
– Иньярра, а ты не знаешь, зачем на пиратские корабли нанимают магов?
– Нет.
– И я нет. Но, думаю, мне представился отличный шанс узнать. Вдруг понравится?
– Ты предлагаешь…
– Нет, Иньярра, я не предлагаю. Я нанимаю.
Торжественную сцену трех скрестившихся заговорщицких взглядов испортил окорок. Измучившись над огнем, он заполыхал и опрокинул вертел, грохнувшись прямо в камин.
– Ну что ж теперь… Нанятый маг должен быть голодным, – философски рассудила я, ободряюще потрепав расстроенных мужчин по плечам.