Том 19. Ночь лейтенанта Уилера- Разящая наповал Долорес. Леди доступна. Ночь лейтенанта Уилера. Лов

— Если и не шутка, то по крайней мере похоже на шутку. Давай входи.
Она проследовала вслед за мной в гостиную и посмотрела по сторонам взглядом настоящего эксперта.
— Вам там в полиции не слишком много платят, как я понимаю?
— Ты отгадала.
— Но этот диван выглядит совсем неплохо. Ни одна пружина не вылезла.
— Да, ни одна, — согласился я.
— Я собираюсь вернуться в Сан-Диего. Как-то я скучаю по всем тамошним морякам с их ненасытностью.
— Я тебя понимаю. Хочешь чего-нибудь выпить?
— Виски. Много виски и льда.
Я отправился на кухню приготовить ей напиток. Мне хотелось поскорее трахнуться с ней и только попытаться не умереть, как думает поэт, но не произносит вслух. Она проследовала за мной на кухню:
— А ты очень сексуальный. Ты об этом знаешь?
— Ты тоже очень сексуальна, и наверняка это знаешь.
— Никогда прежде не занималась этим с лейтенантом полиции. Нечто новое для меня.
— Хочешь сначала выпить? — пробормотал я.
— Не тяни время, Уилер. Снимай с себя все.
— Я еще не прикончил свое виски, — ответил я.
— К черту виски, раздевайся!
— И к черту тебя! — ответил я.
— Если ты так уж хочешь сначала допить виски, можешь выпить вот это!
В следующее мгновение содержимое ее стакана было выплеснуто мне прямо в лицо. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы протереть глаза, и у меня нашлось таким образом время, чтобы сообразить, что Рассел был не так уж не прав.
— Теперь, — скомандовала Лулубелл, — кончай валять дурака. Раздевайся, черт возьми!
Тогда я нагнул ее вперед над стойкой моего бара, поднял край ее мини-юбочки до талии, спустил малюсенькие черные трусики вниз до колен и опорожнил содержимое чаши со льдом прямо в эти миленькие трусики, а затем подтянул их. Потом я быстро положил свою ладонь на ее попку и начал тереть изо всех сил. Она завопила и стала лягаться. Через некоторое время я снова спустил ей штанишки, и все, что осталось от льда, полилось на пол. Тут я обнаружил, что попка у нее совсем замерзла. Я стал ее массировать крепко, но в то же время нежно, и через несколько секунд она уже стонала от наслаждения.
— Знаешь, — прошептала она, — мне это очень нравится.
— Мне тоже, — ответил я.
— Хочешь знать, что я делала Расселу после того, как он меня массировал так же, как ты сейчас?
— Не стремлюсь, — признался я.
— Я двинула ему между глаз полной бутылкой виски. Но на тебя у меня совсем другие планы.
— Например?
— Почему бы тебе не пройти вместе со мной в гостиную и не узнать там?
— Ты собираешься ударить меня диваном?
— Я собираюсь ударить тебя собой на диване, — ответила она.
Часа через два оказалось, что диван был единственным, чем она меня не ударила. Но я уже о том не беспокоился. Собственно, чего ради выходить из состояния полного блаженства?