ПСС, т. 10. Стерильно чистые убийства

— Вы считаете, это не самоубийство? — спросил Эд. Запоздалый вопрос объяснял, почему он до сих пор ходит в сержантах.
— Странная записка. Будто он собирался участвовать в литературном конкурсе. — Я кивнул на труп, лежавший на полу. — Вам не кажется, что улик многовато? В левой руке фото жертвы, правой нажимает на спуск пистолета, прижатого к собственному виску. И потом, с каких это пор самоубийцы ложатся на розовый шерстяной ковер, прежде чем застрелиться?
— Все когда-нибудь случается впервые, — мудро заметил Эд.
— Может, он стоял, а потом упал навзничь на ковер? — предположил Мэрфи.
— И рана не кровоточила, пока он не упал? — рявкнул я. — И еще, вы когда-нибудь слышали о самоубийце-инкогнито?
— Принимайся за снимки, Эд! — посоветовал Мэрфи. — А то Уилер в таком настроении, что как бы не вырвал у вас камеру и не врезал вам ею пару раз по голове. — Док тяжело вздохнул. — По-видимому, смерть наступила около четырех утра. Если моя оценка смерти девушки около двух часов утра верна, то все очень хорошо стыкуется.
Переждав, пока Эд Сэнджер ослеплял нас фотовспышкой, я забрал фотографию Кэрол Сидделл из руки трупа. На обороте стоял штамп фотоателье «Пите Супер-Пикс» с адресом в центре Пайн-Сити.
— У вас сегодня счастливый день, Эл, — заключил Мэрфи, заглядывая через мое плечо. — Утро еще толком не наступило, а в руках уже такая улика!
— Не лезьте не в свое дело, — огрызнулся я. — Может, вам нужны очки?
— Да, он стал носить очки, — радостно вмешался Эд. — С тех пор, как, делая операцию аппендицита, сослепу отрезал бедному пациенту правую ногу.
— Мне надо поговорить с блондинкой, — сказал я. — После вас, двоих идиотов, приятно будет иметь дело со здравомыслящим человеком.
Блондинка с выражением нетерпения на лице стояла прислонившись к моей машине, скрестив руки под полной грудью.
— Кажется, я недостойна вашего внимания, — пожаловалась она. — Видимо, живые люди не интересуют копов. Можно просто умереть от шока, а вы и эти два кретина бросили меня на произвол судьбы, пялите глаза только на труп!
— Все заняты делом, — заверил я ее. — У фотографа специальный рентгеновский объектив, делающий одежду невидимой. Он как раз снимал вас через окно для своего порножурнала. А второй склонял меня к изнасилованию, чтобы позднее предложить свои услуги.
— Верю! — согласилась она. — Но все-таки следовало уделять мне побольше внимания. В конце концов, я ваш главный свидетель, не так ли?
— Не уверен насчет свидетеля, но, несомненно, в этом деле вы играете важную роль. — Оглянувшись вокруг, я насчитал всего три автомобиля: мой собственный, Сэнджера и побитый фургон дока Мэрфи. — Коттедж принадлежит вашему отцу?
— Да, — кивнула Зана Уитни. — Нас здесь не было несколько недель. А сейчас я хотела отдохнуть денек, искупаться, немного позагорать…
— Вы пришли сюда пешком?
Она возмущенно посмотрела на меня.
— Терпеть не могу копов! Моя подруга Диана подвезла меня сюда около восьми утра.
— Диана? — заинтересовался я. — Та самая, которая считает, что в целом мире нет ничего важнее телесного контакта?
— Она самая. Моя старая подруга по колледжу.
— У вас не было с собой никакого багажа?
— А что мне нужно? Здесь полно выпивки и консервов.
— Может, купальный костюм?
— За домом лужайка на берегу озера. Место очень укромное. Обожаю загорать голышом.
— Надо бы почаще приезжать на озеро, прихватив с собой бинокль, — мечтательно произнес я.
— Вы сейчас поедете в город?
— Да.
— Подвезите меня. Все равно весь день пропал.
— Где вы живете?
— Санрайз-Драйв, Вэлли-Хейтс.
— Наверняка в огромном доме?
— Всего пять ванных комнат, — ответила она холодно. — Но папа любит называть его домом.
— Высажу вас в центре.
— Если не довезете меня до дому, а папа узнает об этом, горько пожалеете!
— Стюарт Уитни? — спросил я. — Кажется, что-то слышал о нем. Он мэр города и владелец Сити-Холл?
— Мой отец, возможно, богатейший человек в Пайн-Сити, — отрезала она.
— Ворочает колоссальными делами в Лос-Анджелесе. Но живет в этом захолустном городишке, потому что здешняя мирная жизнь контрастирует с суетой Лос-Анджелеса. Однако может купить и продать всю эту деревню на мелочь из заднего кармана брюк. И, несмотря на все свое богатство, ухитрился правильно вас воспитать, — заключил я с восхищением. — Достаточно одного взгляда. Простая неиспорченная девушка, из которой так и прет природный шарм.
Она села рядом со мной в «остин», возмущенно хлопнув дверцей. Раздался звук, как при переходе самолета через звуковой барьер, и я испугался, как бы не развалился мой драндулет.
— Когда папа разделается с вами, Сквилер, или как там вас зовут, вы окажетесь на месте постового автоинспектора по ту сторону Лысой горы!
  
Глава 3
 
Фотоателье «Пите Супер-Пикс» находилось в маленьком переулке между Четвертой и Пятой улицами и выглядело так, будто последние двадцать лет туда никто не заглядывал. Небольшая витрина была переполнена фотографиями, обессмертившими основные моменты жизни местных жителей: венчание, получение аттестатов зрелости и остальное в том же роде. Когда я открыл дверь, звякнул колокольчик, и уже через двадцать секунд фотограф стоял за прилавком. Он выглядел на все семьдесят — лысый, морщинистый. А благодаря очкам в стальной оправе напоминал типичного героя старых фильмов, которые показывают по телевизору каждую ночь.
— Пит? — произнес я вопросительно.
— Меня зовут Арчи, — хрипло ответил он. — Пит умер десять лет назад.
Я показал ему мой полицейский значок, представился и предъявил снимок Кэрол Сидделл. Он, хмыкая, долго смотрел на него, потом пожал плечами.
— На обратной стороне наш штамп, значит, снимок наш. Но я ее не помню, а ведь хорошенькая, не так ли?
— Так.
— Могу проверить по книгам, лейтенант. Но придется подождать.
— Подожду, — согласился я.
Через пять минут Арчи вернулся с победоносным выражением лица.
— Вот здесь все записано. — Он бросил потрепанную амбарную книгу на прилавок. — Снимок сделан около пяти месяцев назад. Точнее, десятого марта. Она заказала всего пару копий, видимо, портрет ей не понравился. А мне кажется, удался.
— Адрес записан?
— Вот он. — Указательным пальцем правой руки старый фотограф повел по странице книги. — Зана Уитни. Санрайз-Драйв, Вэлли-Хейтс.
— Так и записано? — с трудом вымолвил я.
— Конечно! — Он холодно посмотрел на меня поверх очков в стальной оправе. — Вы что думаете, я не умею читать?
— Но вы уверены, что это ее адрес? Там не могли быть перепутаны номера заказов или что-то еще? Нет ли имени Кэрол Сидделл на той же странице?
Его указательный палец старательно прошелся по всем строчкам. Потом Арчи уверенно потряс головой.
— Нет, сэр. Я всегда тщательно слежу на номерами. Клиенты просто сходят с ума, если дать им не их фотографии. Воспринимают это как личное оскорбление.
— Вы сами делаете снимки?
— А кто же еще? — На его лице появилось неподдельное удивление. — Кроме меня, здесь никого нет, да и я с трудом зарабатываю на пропитание.
— Вы совсем не помните девушку?
— Никогда их не запоминаю, — ответил фотограф решительно. — С какой стати? Они же не помнят меня?
Я протянул ему свою визитную карточку и попросил позвонить, если он что-нибудь вспомнит об этой клиентке. Арчи согласился, но без всякого энтузиазма — видно, наши с ним настроения совпадали.
Аннабел Джексон, личный секретарь шерифа, гордость южных штатов, потрясающая красотка, одарила меня лучистой улыбкой, когда я вошел в офис. Она была одета в веселенькое цветастое платьице, которое, казалось, приклеилось к ее незабываемым формам. Я сообразил, что это будет мини-платье, если она встанет на ноги, но сейчас, когда Аннабел сидела, скрестив ноги, оно выглядело микро-мини.
— Боже! — воскликнула личный секретарь шерифа. — Какая ранняя пташка! Что случилось, лейтенант? У вас бессонница или кутили всю ночь, как всегда?