Ковбой с Манхеттена (сборник)
— Я его вообще не ношу, — колко ответила она. — Ну, может быть, перестанешь пялить глаза и выслушаешь?
— Хорошо, — сдался я. — Только не понимаю, почему тебе всегда нужно разбавлять флирт деловыми сюжетами.
Фрэн глубоко вздохнула и при этом натянула пуловер до предела.
— У нас появился новый клиент, — сказала она. — Надеюсь, ты помнишь, что нам срочно нужен новый клиент? А этот — первый с тех пор, как ты три недели назад вернулся из Гонолулу.
— На Гавайях я работал, не покладая рук, — запротестовал я. — Мне нужен был отдых.
— Я знаю, что ты усердно потрудился, Денни, — сладко сказала она. — Жаль только, что этой работой ты не заработал ничего и вынужден был сам оплатить свои чудовищные расходы. Эта история стоила нам две тысячи долларов.
— Ну, хорошо, — отмахнулся я. — Так что там с этим новым клиентом?
— Речь идет о фирме «Мееркайд», которая занимается изготовлением купальных костюмов, — сказала она таким благочестивым тоном, словно речь шла о фирме, основанной Папой Римским.
— Я никогда не слышал о такой фирме.
— Никогда? Я разве тебе не говорила, что пятьдесят процентов всех девушек на пляжах, начиная с Флориды и кончая Лонг-Айлендом, будут носить этим летом купальные костюмы этой фирмы?
— Подожди, подожди! — сказал я заинтересованно. — Это нужно уточнить. Как это понимать: в костюмах на пляжах будут только пятьдесят процентов девушек, или каждая девушка будет иметь только пятьдесят процентов купального костюма? И если верно мое второе предположение, то какую именно половину костюма они будут надевать?
Фрэн разозлилась.
— Почему бы тебе не сходить домой и не пообедать? А потом мы продолжим наш разговор. Терпеть не могу, когда ты пытаешься продемонстрировать свое остроумие. В такие минуты ты бываешь хуже налогового инспектора.
— С этой минуты я буду вести себя серьезно, сказал молодой супруг в разгар свадебного путешествия, — извинился я.
— Они организуют последний тур соревнований во Флориде. Я имею в виду конкурс красоты фирмы «Мееркайд». Эти соревнования начинаются на следующей неделе в Майами, и ты должен быть одним из судей.
— А на улице все еще идет снег? — осторожно спросил я.
Фрэн взглянула на окна и кивнула.
— Да, идет. Но для Нью-Йорка снег в январе — дело обычное. Или ты не согласен с этим?
— Значит, у нас сегодня на первое апреля? — сказал я. — А я-то думал, что это первоапрельская шутка.
— Это — не шутка, — ответила она. — Они заинтересованы в том, чтобы при определении победительниц не было никаких грязных комбинаций. Поэтому-то они и обратились в детективное бюро Бойда.
— Теперь я понимаю, что все это шутки, — возразил я. — С каких это пор мое бюро начало пользоваться репутацией не терпящего грязных комбинаций?
— Не перегибай палку! — резко ответила она. — Они заплатили уже тысячу долларов в качестве аванса на расходы.
— А почему они так уверены, что я соглашусь на это?
— Но ведь от тебя не требуется ничего особенного, Денни! — заявила она с горячностью. — В понедельник утром ты садишься в самолет. Их местный представитель — его зовут Майер — связывается с тобой, когда ты прилетаешь. На заключительном этапе конкурса ты будешь выполнять функции судьи, а через неделю уже вернешься в Нью-Йорк. Ты проведешь в Майами всего лишь неделю, и причем в самый разгар сезона. Заметь также, что тебе там ничего не придется делать — только в течение всего дня любоваться девушками, которые будут дефилировать перед тобой словно на параде… И тебе еще заплатят за это!
— Ты меня почти убедила, бесценная ты моя, — сказал я. — Прошу тебя, расскажи мне еще что-нибудь про девушек в купальных костюмах.
— Я уже заказала тебе номер в «Стиксе» и купила билет на самолет. Но должна тебя предупредить, что они поставили одно условие: ты ни при каких обстоятельствах не должен никому говорить, кто ты на самом деле и по какой причине будешь выступать в роли одного из судей. То есть зачем ты вообще приехал туда.
— Кто-то ведь все равно будет знать, что я — один из судей, — ответил я раздраженно. — Как же иначе я подберусь к этим девушкам на такое расстояние, чтобы понять, что они не блефуют. Если они не запищат, то сразу станет ясно, что они положили себе что-то в известные места. Но для того чтобы иметь возможность ущипнуть их, нужно подойти к ним на близкое расстояние.
— Можешь щипать их, сколько будет угодно, — разгорячилась Фрэн. — Только не объясняй им, что тебя наняли для того, чтобы проверить, что никто из них не блефует…
Я был достаточно проворен, чтобы не позволить ей ускользнуть от меня, и она пискнула с довольным видом..
— В одном тебе нужно отдать должное, Фрэн Джордан, — сказал я с восхищением. — Ты действительно не подкладываешь ничего под свою юбку.
Согласно последним статистическим данным, которые попались мне на глаза, в Майами-бич имеется 381 отель. И все они, включая и «Стикс», просто сказочны. Я появился в отеле в полдень и нашел там для себя сообщение от Майера. В нем он приветствовал меня с прибытием и сообщал, что зайдет ко мне в три часа дня. Это позволило мне оглядеться в своем номере и перекусить. В бюро администратора я сказал, что Майер сможет найти меня в баре. Там он и нашел меня в 14 часов 31 минуту.
Он выглядел точно так, как и описала Фрэн, — толстенький и лысый, в легком костюме, который был, видимо, мятым еще тогда, когда он снимал его с вешалки. Я хотел спросить, сколько девушек он умудрился ущипнуть в лифте, но, посмотрев на его костюм, решил воздержаться от этого вопроса.
— Мистер Бойд? — Он неуверенно улыбнулся с вопросительным блеском в глазах, словно так и не нашел того, что когда-то потерял. — Меня зовут Морис Майер. Я — из фирмы «Мееркайд».
— Денни Бойд, — представился я. — Что будете пить?
— В рабочее время я никогда не притрагиваюсь к алкоголю, мистер Бойд. — Он вытер лицо скомканным платком. — Понимаете, работа и алкоголь не совмещаются.
— Джин с тоником — надежная смесь, — сказал я и сделал знак бармену снова наполнить мою рюмку.
— В центре мне сообщили, что вы прибыли сюда, чтобы стать третьим судьей на конкурсе красоты, — неуверенно сказал Майер. — У вас есть какой-нибудь… э… какой-нибудь опыт в этой области?
— Только обычное моральное образование молодого американца с горячей кровью, — ответил я. — С тех пор, как у меня произошел душевный надлом, я смотрю на девушек только критическим взглядом.
Майер опять смущенно улыбнулся.
— Два других судьи — крупные специалисты в этой области. Хотелось бы знать, почему центр…
— В этом случае у нас получается замечательное трио: два специалиста и один энтузиаст-любитель. А кто два других?
— Один из них — Блейк Керзок, издатель «Эксквазито», журнала мод. Вы наверняка знаете этот журнал.
— Разумеется, — холодно подтвердил я. — Целыми днями сижу на бархатных подушках, курю сигареты с шелковым мундштуком и взахлеб читаю этот журнал.
Он снова приложил платок к лицу.
— Я не хотел вас… Ну, я полагал, что вы слышали об этом журнале. Не хотел вас обидеть… Последнее, что я…
— А кто второй?
— Фотограф Дюваль.
— Его я тоже не знаю.
— Очень милый человек, — с воодушевлением сказал Майер. — Мы с ним отлично ладим. Достойный джентльмен. — Он увидел выражение моего лица и снова стал усердно отирать лоб. — И, пожалуйста, не поймите меня неправильно, мистер Бойд, я…
— Хорошо, хорошо, — перебил я. — Когда начинаются соревнования?
— Завтра утром. — Он судорожно сглотнул. — У нас тридцать девушек из всех уголков США. И вашей завтрашней задачей будет отсеять две трети из них с тем, чтобы в полуфинал вышли только десять. Позднее мы исключим еще пять, а оставшиеся будут конкурировать в заключительном туре.
— Я мог бы такую работу сделать делом всей моей жизни, — довольно иронически заметил я.
— Завтра в десять я пришлю за вами машину, мистер Бойд, — сказал Майер. — Думаю, что вы не откажетесь от этих услуг.