Необъявленная война (СИ)

 — Не приближайся к Драко! — услышала Гермиона напоследок и, игнорируя угрозы, склонилась над книгой.
 Детский сад какой-то.
 "Что им было нужно на самом-то деле?"
 * * *
 — Блейз, ты достал, что я просила?
 — Астория, зайка, — он приподнял милое личико за подбородок, — это было крайне нелегко. Я требую компенсации.
 — Я тебе не зайка. Сколько ты хочешь за него? — Гринграсс изобразила дежурную мину.
 Блейз уже знал их наизусть:
 — Деньги для меня не проблема, я хочу нечто другое. Как насчет ласкового язычка?
 Астория приоткрыла рот:
 — Не забывайся! Я теперь с Драко.
 — А он с тобой? — Забини ухмыльнулся, обнажив красивые ровные зубы. — Что-то я сомневаюсь.
 — Зато не сомневаешься, что я не с тобой, — пригвоздила его она.
 — Астория, у тебя гордость-то есть? Ты не нужна Драко. Чем я хуже, скажи?.. Блин, он же чёртов ходячий член! — Забини почти жалел, что не может открыть всей правды.
 — Гордостью счастлив не будешь, Блейз! Сколько можно говорить, я тебя не люблю!
 «Нет, ты меня пользуешь».
 — Думаешь, я полный идиот и не знаю, зачем тебе Оборотное зелье?
 — Держи свой язык за зубами! — пригрозила Астория. — Или...
 — Что «или»? — Блейз тоже способен на месть. Он — слизеринец! — Только учти: твои сонные гостинцы я есть не намерен.
 — Кто бы сомневался! Ты у нас любишь пошпионить, — поддела Астория, припомнив искаженную физиономию Забини. Он застал их однажды за фривольными ласками, но ее это даже позабавило. — Только Драко не давай, иначе устрою тебе «сладкую жизнь»!
 — А он и не возьмет, — Блейзу стало хреново. Эта распутная девчонка вбила ядовитый клин. Затянула в «подлые дебри». — Ну а где ты достанешь волосы Грейнджер?
 — Пенелопа об этом позаботилась, так что сотри ухмылку. Твои услуги мне больше не понадобятся.
 Неожиданно для нее Блейз проявил суровость:
 — Я жду платы, Астория, — поставил он жирную точку. — И желательно — вперед.
 — Не раньше, чем я добьюсь своего, Блейз. И ста галеонов, думаю, с тебя хватит.
 * * *
 Драко долго не мог заснуть этой ночью. Признание раскаленным железом жгло память и разрывало сердце. В голове крутилось море вопросов. Зачем Грейнджер ходит за ним по пятам? Неужели отец прав: любовь женщин эгоистична? Не себе — не другим. А Драко это заботит? Почему снова какие-то игры? Да еще у всех на глазах! К чему было разрывать отношения, чтобы потом мучить? Запоздалая жалость? Но про магию Грейнджер не могла догадаться, будь хоть семи пядей во лбу!
 Да и сейчас, когда рад поверить ей, он связан обещанием. Придавлен расплатой. Сломлен обидой. Как впустить Гермиону, если он не просто бесплоден, он и волшебником-то не будет! И, похоже, его не спасти. Придется скрывать это, а если повезет, сдать чертовы экзамены! Или бросить учёбу. Что он может предложить девушке, кроме любви?
 Деньги? А может?..
 Имя?.. А этого хватит?
 Детей?.. Его род умер.
 Драко едва успел уснуть, отогнав одолевающие мысли, как вдруг почувствовал: чья-то нежная рука гладит его по голове. Он резко открыл глаза. Полог кровати был приспущен со всех сторон, а рядом, облокотившись, на постели лежала…
 ...Гермиона.
 — Тсс… — она прижала к губам тонкие пальчики. — Говори шепотом, Драко. Разбудишь кого-нибудь. В четыре утра спится крепче, но я бы не стала сильно шуметь.
 — Что ты здесь делаешь, Грейнджер?
 — Пришла поговорить по душам, — съехидничала она и провела пальцами по его обнаженной груди. — Решила вернуться к истокам, так сказать... А заодно и подлечить твою память.
 — В моей кровати? — ей-Мерлин, Драко не помнил подобной дерзости.
 — Почему нет?.. Я себе места не нахожу. Наши подвиги в ванной мне покоя не дают. Скука, азарт, эротические фантазии... Что там еще?..— она слегка улыбнулась.
 — Как ты вообще сюда попала? — тихо, сквозь зубы, проговорил Драко.
 — В первый раз что ли...
 — Немедленно уходи, Гермиона!
 — Мы же снова поспорили, ты не помнишь? — издевается, нахалка! — Гриффиндорская смелость против слизеринской честности. Малфой против Грейнджер. Любовь против упрямства.
 — Любовь? — Драко поперхнулся. — Боюсь, моя любовь к тебе проявляется лишь в горизонтальном положении.
 — Честно? — Гермиона с трудом сдерживалась от бегства, выводя Малфоя из себя. — А как же «секс с тобой меня больше не интересует»?
 — Блин, Грейнджер, ты что, за мной записываешь?
 Гермиона тряхнула распущенными волосами.
 — Периодически, — опять съязвила она. — Потому что твоя-то память ни к черту!..
 — Зато твоя выше всяких похвал! — Драко ее сейчас покусает.