Руины

– Нет, невозможно, - Лейя затряслась от негодования. - Мы уже пытались вступить в мирный контакт с вонгами на Дубриллионе. Они не желали нас слушать.
Траест Кре'фей кивнул в знак согласия.
– Вероятно, они даже не понимают смысла таких слов, как «переговоры», «перемирие». И то, как они относятся к своим пленникам - вы же видели все это. Вы подвергаете себя смертельной опасности.
– А вы и ваши солдаты разве не занимаются этим каждый день?
– Это наша работа, сенатор.
– А то, что я собираюсь сделать, разве это не моя работа? - - каамаси чуть подался вперед, причем, обладая невероятно гибким телом, он это сделал очень грациозно. - Как сенатор, я несу ответственность за миллионы жизней. Я не хочу видеть, как живые существа гибнут у меня на глазах. Именно в мои обязанности входит предотвращение войн. Вы знаете, что мой народ славится пацифизмом, а еще вы знаете, что я сражался на Дантуине и что сражался до этого много раз. Я не хочу больше браться за оружие, а потому я просто обязан отправиться на Дубриллион.
Лейя слушала каамаси, фигурально выражаясь, с отвисшей челюстью. Холодок пробегал по ее спине взад и вперед и ни за что не желал уходить. Она знала, что многим джедаям дано видеть будущее, и она надеялась, что видение страшной опасности, которое нахлынуло мгновение назад, не было знаком того, что миссия Элегоса обречена на провал.
– Элегос, возьмите хотя бы нескольких ногри, они защитят вас.
– Спасибо за великодушное предложение, друг мой Лейя. Не сомневаюсь, что оно идет от чистого средца… но пусть лучше ногри послужат где-нибудь в другом месте, - Элегос слегка склонил голову вправо и улыбнулся ей. - Я должен совершить эту поездку. Если я добьюсь успеха, то спасу вас всех.
Борек фыркнул.
– Вы и в самом деле настолько наивны, что считаете вашу задумку выполнимой?
Несколько секунд каамаси в безмолвии разглядывал ботана, потом прикрыл глаза и ответил:
– Шансов мало, может, даже практически нет, но пусть кто-нибудь попробует мне сказать, что этот риск не стоит того, чтобы на него пойти.
Лейю бросило в дрожь.
– А если вы не добьетесь успеха?
– Тогда, моя дорогая, моя судьба будет значить не очень много в той круговерти войн и разрушении, которая нас может ожидать в ближайшем будущем.