Игра будет вечной
* * * - Верни мне меч! - взревело пространство, отразившись от новоявленного небосвода, и этот страшный рокот разбросал братьев в разные стороны. - Так, ты все наврал? Ты его даже не украл? - удивился Ве. Вили тоже недоуменно уставился на Одина. - Ну, да! Одолжил всего лишь - был такой уговор, - подтвердил старший брат. - Мы договорились, мол, когда игра окончится, Суртр придет и все исправит... что не так наваяли. Но игра только началась, и она будет вечной! - Ты обманул меня! - пророкотал Суртр, взметнувшись с юга мириадами искр. - Держите их, держите! - крикнул Один братьям и сам бросился ловить огни. Те, вняв его голосу, тоже кинулись собирать искры Муспелля, и Ве особо в том преуспел. - Верни мне меч, обманщик! - прогремел Суртр. - Да забери, он мне больше не нужен! - рассмеялся Один, размахнулся и швырнул свое страшное оружие в пустоту. Исполинская рука длинным языком первородного огня вынырнула из Ничего и поймала меч за рукоять. Потом она втянулась обратно, в пустоту, которая схлопнулась тут же, не оставив и щелочки. "Тогда братья взяли сверкающие искры, что летали кругом, вырвавшись из Муспелльсхейма, и прикрепили их в середину неба Мировой Бездны, дабы они освещали небо и землю. Они дали место всякой искорке: одни укрепили на небе, другие же пустили летать в поднебесье, но и этим назначили свое место и уготовили пути", - и говорят в старинных преданиях, что с той поры и ведется счет дням и годам. На диво огромна была та работа и выполнена была искусно - а кто бы сумел ее справить. На диво озорна была их игра - да кто бы посмел сыграть с ними... Один прищурился: - Поправь-ка вон ту звезду, лодырь! - крикнул он рыжему братцу. - Я не Лодур, я - Ве! - не понял тот. - Да, один Суртр, - выругался старший брат, - но все равно - лодырь. Все ты криво развесил. - Дык, времени не было, - оправдывался Вили. - Дети! Ну, где вы несносные озорники! Обедать! - Снова мама, - аппетитно облизнулся Вили. - Наверное, корову подоила! - подтвердил Ве, втянул носом эфир, потом просительно глянул на старшего брата. - Ты голова, лодырь! Молоко будет тут неплохо смотреться, - обрадовался Один, разглядывая небосвод. - Я назову его своей дорогой или просто Млечным Путем. Вили и Ве просияли. - Обедать! - голос матери был суров. - Мама! Eщё немножечко! - взмолились младшие. - Ладно, - махнул рукой Один, - потом доиграем. И для чего же еще нужен весь этот мир, когда в запасе целая вечность?
7.04.2002.