Дружба. Выпуск 3

  
Вячеслав Кузнецов
 
Мои кирпичи
 
Рис. В. Ветрогонского
 
 
Про всё на свете
 
               Знать невозможно,
 
И пусть не знают прохожие,
 
Что в этом корпусе
 
               Ладно сложенном,
 
Есть и мои кирпичи.
 
               Ну что же!..
 
И пусть новоселам этого дома,
 
Вселившимся летом вот этим,
 
Даже имя мое
 
                              незнакомо,
 
Не говоря о портрете.
 
Но смогут они укрыться,
 
                              согреться
 
И в непогоду,
 
И в стужу…
 
А я одно лишь хочу —
 
Всем сердцем знать,
 
               что людям я нужен.
 
 
  
Вячеслав Кузнецов
 
Маме
 
Рис. В. Ветрогонского
 
 
Мама!
 
Ну, за что тебе
 
                              такая немилость?
 
Иль у всех матерей
 
                              одна звезда?
 
Растила.
 
Нянчила.
 
               А я вот вырос
 
и выпорхнул из гнезда.
 
И ушел дорогу свою отыскивать,
 
без спросу ушел
 
                              навстречу ветру.
 
И нас разделило,
 
                              моя самая близкая,
 
время
 
и километры.
 
Я взял у жизни
 
               шинель солдатскую,
 
туго скрутил ее в скатку.
 
Научился ценить
 
               автомат
 
                              и каску
 
И полюбил плащ-палатку.
 
Мама,
 
А помнишь,
 
               как я мальчишкой
 
Мечтал о полетах
 
                              к далеким планетам,
 
Писал стихи,
 
               «издавал» свои книжки,
 
И ты меня в шутку
 
                              звала поэтом?
 
В моей судьбе
 
               случайностей нет:
 
В нашей стране,
 
               знать должна ты,
 
Каждый солдат
 
               в своем роде
 
                              поэт,
 
И каждый поэт
 
               должен быть солдатом.
 
Я только стал
 
               разумней и зорче,
 
Постиг марксистской науки недра.
 
И я различу
 
               среди лиц,
 
                              среди строчек,
 
Кто в этом мире
 
               мне друг
 
                              и кто недруг.
 
На мир смотрю я
 
               открыто и прямо, —
 
Нельзя
 
               Отчизне быть безоружной!
 
Я стал солдатом.
 
               Понимаешь, мама,
 
Это мой долг.
 
               Это Родине нужно.
 
 
  
Тамара Никитина
 
Школьным товарищам
 
Рис. В. Ветрогонского
 
 
До звонка шумливое собрание —
 
Наш веселый первый — первый класс…
 
Помните, как затаив дыхание
 
Буквари раскрыли в первый раз?
 
 
 
Загляжусь я в очертанья карты:
 
— Ты, моряк, в каком сейчас порту? —
 
Ссорились — делили мелом парту,
 
Вновь стирали белую черту.
 
 
 
С каждым днем росли мы,
 
                                    крепли знания,
 
И бежали звонкие года…
 
Будто бы не галстуки, а знамя
 
На груди носили мы тогда.
 
 
 
Что с того, что мы уже не дети?!
 
Пусть грохочет труд и жизнь летит!
 
Нам всегда неугасимо светит
 
Дружба пионерская в пути!
 
 
  
Дмитрий Гаврилов
 
Девочка
 
Рис. В. Ветрогонского
 
 
Скамейку плотно заслонив от зноя,
 
Заслушались немые тополя,
 
Как девочка читает книгу «Зоя»,
 
Губами чуть заметно шевеля.
 
 
 
И у нее, у тоненькой, высокой,
 
Горели гневом синие глаза;
 
Она, наверно, те читала строки,
 
Где рыжий немец Зою истязал.
 
 
 
А брови были сдвинуты сурово,
 
Вплеталась в косы солнечная нить…
 
И мне казалось, девочка готова
 
Бессмертный подвиг Зои повторить.
 
 
  
Эд. Талунтис
 
Весна
 
Рис. В. Ветрогонского
 
 
Деловито девушка проходит
 
В сапогах тяжелых по полям,
 
Девушка гадает о погоде
 
По высоким снежным облакам.
 
 
 
Думает о новом урожае,
 
Раскрошив комочек земляной…
 
Почему Весну изображают
 
Озорницей, ветреной, шальной?
 
 
 
Нет, она не кружит в хороводе,
 
Не одета в яркие шелка,
 
И полям не дарит плодородье
 
Щедрая и легкая рука.
 
 
 
Нам теперь иной Весна знакома.
 
Вот она по борозде идет, —
 
Выпачканы руки в черноземе
 
И глаза полны людских забот.
 
 
  
Эд. Талунтис
 
На зимнем бульваре…
 
Рис. В. Ветрогонского