Сборник песен

  
Ночь
 
 
 
Ночь, темная река, длинна на века, смотри, как эта река широка.
 
Если берега принять за рассвет, то будто дальнего берега нет.
 
И переправа непроста, и нет ни брода, ни моста,
 
Лишь лодка в два весла.
 
 
 
Я утро берегу на том берегу, но до него я доплыть не могу.
 
Лодка в два весла бы меня бы спасла.
 
Вот только весла вода унесла.
 
И нас не видно в темноте, и нас несет в большой реке, и берега уже не те…
 
 
  
Однажды мир прогнется под нас
 
 
 
Вот море молодых колышат супербасы,
 
Мне триста лет, я выполз из тьмы,
 
Они торчат под рэйв, чем-то пудрят носы,
 
Они не такие как мы.
 
 
 
И я не горю желаньем лезть в чужой монастырь,
 
H Я видел эту жизнь без прикрас.
 
 
 
Не стоит прогибаться под изменчивый мир,
 
Пусть лучше он прогнется под нас.
 
Однажды он прогнется под нас.
 
 
 
Один мой друг, он стоил двух, он ждать не привык,
 
И каждый день — последний из дней.
 
Он пробовал на прочность этот мир каждый миг
 
Мир оказался прочней.
 
Ну что же, спи спокойно, позабытый кумир,
 
Ты брал свои вершины не раз.
 
Не стоит прогибаться под изменчивый мир,
 
Пусть лучше он прогнется под нас,
 
Однажды он прогнется под нас.
 
 
 
Другой держался русла и теченье ловил
 
Подальше от крутых берегов.
 
Он был как все, и плыл как все, и вот он приплыл
 
Ни дома, ни друзей, ни врагов.
 
И жизнь его похожа на фруктовый кефир,
 
Видал я и такое не раз.
 
Не стоит прогибаться под изменчивый мир,
 
Пусть лучше он прогнется под нас,
 
Однажды он прогнется под нас.
 
 
 
Пусть старая джинса давно затерта до дыр,
 
Пускай хрипит раздолбанный бас.
 
Не стоит прогибаться под изменчивый мир,
 
Пусть лучше он прогнется под нас,
 
Однажды мир прогнется под нас.
 
Однажды он прогнется под нас.
 
Однажды он прогнется под нас.
 
 
  
Он был старше ее
 
 
 
Он был старше ее, она была хороша
 
В ее маленьком теле гостила душа
 
Они ходили вдвоем, они не ссорились по мелочам
 
И все вокруг говорили — чем не муж и жена
 
И лишь одна ерунда его сводила с ума
 
Он любил ее, она любила летать по ночам
 
 
 
Он страдал, если за окном темно
 
Он не спал, на ночь запирал окно
 
Он рыдал, пил на кухне горький чай
 
В час, когда она летала по ночам
 
А потом поутру она клялась,
 
Что вчера — это был последний раз
 
Он прощал, но ночью за окном темно
 
И она улетала все равно
 
 
 
А он дарил ей розы, покупал ей духи,
 
Посвящал ей песни, читал ей стихи,
 
Он хватался за нитку, как последний дурак
 
Он боялся, что когда-нибудь под полной луной
 
Она забудет дорогу домой
 
И однажды ночью вышло именно так
 
 
 
Он страдал, если за окном темно
 
Он не спал, на ночь запирал окно
 
Он рыдал, пил на кухне горький чай
 
В час, когда она летала по ночам
 
А потом поутру она клялась,
 
Что вчера — это был последний раз
 
Он молчал, но ночью за окном темно
 
И она улетала все равно
 
 
 
И три дня и три ночи он не спал и не ел,
 
Он сидел у окна и на небо глядел,
 
Он твердил ее имя, выходил встречать на карниз.
 
А когда покатилась на убыль луна
 
Он шагнул из окна, как шагала она,
 
Он взлетел, как взлетала она, но не вверх, а вниз.
 
 
 
А потом поутру она клялась,
 
Что вчера — это был последний раз
 
Он прощал, но ночью за окном темно
 
И она улетала все равно
 
 
  
Он играет на похоронах и танцах
 
 
 
Он играет на похоронах и танцах,
 
Все зовут — там и тут.
 
И ни там, ни тут не может он остаться,
 
Снова ждут там и тут.
 
 
 
И вновь смычок рождает звук,
 
Сто новых свадеб, сто разлук.
 
Он играет на похоронах и танцах,
 
Вся наша жизнь — одно из двух.
 
 
 
Когда стучится в дом беда, не плачь,
 
Мы здесь с тобой не навсегда.
 
Что б не случилось, никогда не плачь,
 
Играй, и горе не беда.
 
 
 
И когда-нибудь совсем не там, где надо,
 
Выйдет срок, прозвенит звонок.
 
И я вспомню тех, кто шел со мною рядом,
 
То, что смог и не смог.
 
 
 
Ничто не вечно под луной,
 
Я упаду на шар земной.
 
Пусть не будет комиссаров в пыльных шлемах,
 
Пусть он сыграет надо мной.
 
 
 
Он играет на похоронах и танцах,
 
Все зовут там и тут.
 
И ни там, ни тут не может он остаться,
 
Снова ждут там и тут.
 
 
 
И вновь смычок рождает звук.
 
Сто новых свадеб, сто разлук.
 
Он играет на похоронах и танцах,
 
Вся наша жизнь — одно из двух.
 
 
  
Она идет по жизни, смеясь
 
 
 
Она идет по жизни смеясь.
 
Она легка как ветер, нигде на свете
 
Она лицом не ударит в грязь.
 
Испытанный способ решать все вопросы как будто их нет,
 
Во всем видит солнечный свет
 
 
 
Она идет по жизни смеясь.
 
Встречаясь и прощаясь, не огорчаясь,
 
Что прощанья легки, а встречи на раз.
 
И новые лица торопятся слиться в расплывчатый круг
 
Как будто друзей и подруг.
 
 
 
Она идет по жизни смеясь.
 
В гостях она как дома где все знакомо.
 
Удача с ней, жизнь удалась.
 
И без исключенья все с восхищеньем смотрят ей в след.
 
И не замечают как плачет ночами
 
Та что идет по жизни смеясь…