Бриллианты имперской короны

Тви поразмыслила на этим заключением: 
- Правильно, м-р Кихано. 
- А ее прежняя жертва, - Амалия улыбнулась, - предлагает согласиться. 
- Амалия! 
- Что ж, а почему бы и нет? Тви собирается стать Признанным Грабителем, что бы там мы ни говорили. Поскольку она собирается красть, почему не выступить ее агентом в переговорах со страховыми компаниями и не взять десять процентов, когда она продаст вещи назад владельцам? В особенности, поскольку у меня в последнее время появился опыт в такого рода переговорах. 
- ПОЧЕМУ БЫ И НЕТ? - Мысли у Пьетро путались. - ПОЧЕМУ БЫ И НЕТ? Его пальцы принялись крошить лиственную лепешку. - Я припоминаю, что ваше положение в качестве Признанного Грабителя было позорным пережитком разложившейся имперской культуры, а воровство не должно признаваться ни при каких обстоятельствах и должно быть наказано, если такое случается. 
Амалия посмотрела на Тви: 
- Возможно, - сказала она, - я нашла, что пребывание в заложницах расширило мой кругозор. В любом случае, я буду работать на Тви только до тек пор, пока она не сможет украсть какое-нибудь пристойное удостоверение личности и покинуть Пеленг. Кроме того, - резонно заметила Амалия, - это не означает, что я ЗАСТАВЛЯЮ ее красть. 
- Это софистика, Амалия. 
- Плюс, если я собираюсь вступить в пионеры, мне придется что-то делать с моей эпилепсией, а Тви могла бы с тем же успехом заплатить за это, как и за что-то другое. 
- Я полагаю, - заметил Пьетро, что слово жениха в этом деле мало что значит. 
Амалия положила руку на его локоть: 
- Боюсь, что нет, мой дорогой. Моя дружба с Тви восходит к более ранним временам, чем наша... э... договоренность. 
Пьетро вздохнул: 
- Дружба, - произнес он, сдаваясь. - Договоренность. 
Он решил, что ему нечего больше сказать по этому вопросу. Домашнее счастье, подумал он, во многом состоит в компромиссе. 
Пьетро, разумно рассудив, протянул руку за новой лепешкой и съел ее. Она растаяла у него на языке, как вкус нового мира. 
Мейстрал поцеловал руку Николь. 
- Именно в этом месте, как я понимаю, мое сердце разбивается навечно. 
Николь улыбнулась: 
- Боюсь, что да, Мейстрал. - Она похлопала по кушетке. - Иди, сядь рядом со мной. 
Садясь, Мейстрал бросил взгляд в направлении ее гостиной. Утренний свет заливал окна. 
- Лейтенант Наварр? - спросил он. 
- Дает свою первую пресс-конференцию. 
Мейстрал поднял брови: 
- Не слишком ли рано скармливать его воронам, миледи? 
Николь бросила на него быстрый взгляд: 
- Ничего, пусть привыкает. Если это его отпугнет, лучше узнать об этом раньше, чем позже. 
Мейстрал вздохнул: 
- Это верно. Ухаживать за членом Диадемы - занятие не для слабонервных. 
Николь посмотрела на него и положила руку на его локоть: 
- Это замечание было не в твой адрес, Мейстрал. Я прекрасно поняла твое решение, как бы сильно я ни сожалела о том, что ты его принял. 
- Я не обиделся. 
На минуту воцарилось молчание. 
- Так что ты намерен делать, Дрейк, чтобы склеить свое разбитое сердце? 
Его ленивые глаза спокойно блестели: 
- Награбить на Пеленге столько, сколько смогу унести с собой. Это самое меньшее, что может сделать для меня эта планета, принимая во внимание, сколько у меня здесь было хлопот. Некоторые из моих объектов просрочены на несколько дней. 
- Звучит так, словно ты собираешься хорошенько компенсировать разочарование в любви. 
- Я справлюсь, миледи. 
Николь улыбнулась и сжала его руку: 
- Стало быть, ты доволен, Дрейк? Своей ролью в этом деле? 
- Не могу сказать, чтобы я это приветствовал или был благодарен за то, что ввязался. Но, кажется, все сошло хорошо, особенно, учитывая возможность потенциальных увечий. Могу даже сказать, что, по крайней мере, для большинства из нас я добился счастливого конца. 
В комнате зазвенел смех Николь: 
- Да уж, я думаю, - добился! Скажи мне, это был тот конец, которого ты хотел? 
Глаза Мейстрала почти полностью скрылись за веками: 
- Почти, миледи, - произнес он. 
Этим ей и пришлось удовольствоваться.