Стихотворения

 но не жрут.
 Стою и припоминаю,
 из-за чего я разозлился.
 Триста лет стою —
 не могу припомнить.
 Фридрих Барбаросса 
 
 Как известно,
 Фридрих Барбаросса утонул в речке.
 Кольчуга была тяжелой,
 а Фридрих был навеселе.
 И вот результат:
 храбрый Фридрих Барбаросса
 утонул в неглубокой речке.
 Но все же
 как могло случиться,
 что отважный Фридрих Барбаросса
 утонул в какой-то паршивой речушке?
 Трудно себе представить,
 что грозный, рыжебородый Фридрих Барбаросса
 утонул в какой-то жалкой канаве!
 Нет, просто невозможно себе представить,
 что сам бесподобный Фридрих Барбаросса
 утонул в какой-то грязной луже,
 так и не добравшись до гроба господня!
 Чакона Баха 
 
 Я еще не слышал чакону Баха,
 и нет мне покоя.
 Сижу в сквере на скамейке,
 и какая-то бабка в валенках
 говорит мне сокрушенно:
 — Касатик,
 ты еще не слыхал
 гениальную чакону Баха,
 это же великий грех! —
 Подхожу к пивному ларьку,
 встаю в очередь,
 и вся очередь возмущается:
 — Этот тип
 не слышал
 грандиозную чакону Баха!
 Не давать ему пива! —
 Выхожу к заливу,
 сажусь на парапет,
 и чайки кружатся надо мной, крича:
 — Неужели он и впрямь
 не слышал
 эту удивительную чакону Баха?
 Стыд-то какой!
 И тут ко мне подбегает
 совсем крошечная девочка.
 — Не плачьте, дяденька! —
 говорит она. —
 Я еще тоже не слышала
 эту потрясающую чакону Баха.
 Правда, мама говорит,
 что я от этого плохо расту.
 В ту ночь 
 
 В ту ночь мы слегка выпили.
 — Вот послушай! — сказал Альбий. —
 "Паллы шафранный покров, льющийся к
 нежным стопам,
 Пурпура тирского ткань и сладостной флейты
 напевы".
 — Неплохо, — сказал я, —
 но ты еще не нашел себя.
 Скоро ты будешь писать лучше.
 — Пойдем к Делии! — сказал Альбий,
 и мы побрели по темным улицам Рима,
 шатаясь
 и ругая раба
 за то, что факел у него нещадно дымил.
 — Хороши! — сказала Делия,
 встретив нас на пороге.
 — Нет, ты лучше послушай! — сказал Альбий. —
 "Паллы шафранный поток, льющийся к дивным
 стопам,
 Тирского пурпура кровь и флейты напев
 беспечальный".
 — Недурно, — сказала Делия, —
 но, пожалуй, слишком красиво.
 Раньше ты писал лучше.
 В ту ночь у Делии
 мы еще долго пили хиосское,
 хотя я не очень люблю сладкие вина.
 Под утро Альбий заснул как убитый.
 — Ох уж эти мне поэты! — сказала Делия.
 — Брось! — сказал я. —
 Разве это не прекрасно:
 "Паллы шафранные складки, льнущие к милым
 коленям,
 Пурпура тусклое пламя и флейты томительный
 голос!"?
 Сизиф 
 
 Сажусь в метро
 и еду в подземное царство
 в гости к Сизифу.
 Проезжаем какую-то мутную речку —
 вроде бы Ахеронт
 У берега стоит лодка —
 вроде бы Харона.
 В лодке бородатый старик —
 вроде бы сам Харон.
 На следующей остановке
 я выхожу.
 Сизиф, как и прежде,
 возится со своей скалой,
 и грязный пот
 течет по его усталому лицу.