Хоровод времен. Всегласность

 
«В мое окно глядит Вечерняя Звезда…» 
В мое окно глядит Вечерняя Звезда. 
(Она же Утренняя) 
Вокруг меня шумят ночные города. 
(Они же утренние). 
В моей душе навек слились и Нет и Да. 
(И Да и Нет — их нет).  
В моей груди дрожит благоговейный вздох 
(В нем и проклятье). 
Вокруг моих гробниц седой и цепкий мох. 
(Он и с расцветами) 
Со мною говорят и Сатана и бог. 
(Их двое, я один). 
 
«О, паденье росы, при рождении дня…» 
О, паденье росы, при рождении дня, 
Ветром навеянное! 
Дар дивящихся трав, добровольная дань, 
Ночью надуманная!  
О, паденье дождя, на продольность долин, 
Облаком свеянное! 
О, рождение слез, в день единый из дней, 
Веденье свидевшихся! 
 
«Зачем, звено с звеном свивая…» 
Зачем, звено с звеном свивая, 
Сюда спустился светлый сон, 
Звуча зурной, струной, свирелью, 
Струя струю светлей зари?  
Свевая сказки сонных листьев, 
И в свисты свежий ветер влив, 
Зачем влагает в слух — их слитность, 
Зачем зовет, зачем, зачем?  
За слоем слой снега в подлунной, 
Пришла весна, весна ушла, 
Зачем же светлый звон свирели, 
Весло в волне зачем, зачем?  
Шутя, блестя, шурша, как шалость, 
Зачем тот шепот — шелк пришел, 
Свирели счастья в саркофаге 
Зачем, зачем, зачем, зачем? 
 
«Где же я…» 
Где же я? 
Где же я? 
Веет, сеет Небо снег. 
Где же я?  
Если б плыть 
Если б плыть! 
Можно б встретить тихий брег, 
Если б плыть!  
Я в цепях, 
Я в цепях! 
Тело бело, мысли лед. 
Я в цепях.  
Не привстать 
Не привстать! 
Не стряхнуть мертвящий гнет. 
Не привстать!  
Время нет. 
Время нет! 
Время было и прошло! 
Время нет.  
Белый свет. 
Белый свет. 
Где же я? Дрожит крыло! 
Белый свет! 
 
«Не могу я быть в юрте…» 
Не могу я быть в юрте, 
Не могу уж, не могу. 
Захлебнулся я в мечте, 
Эти мысли, те, и те, 
Вечно мысли стерегу. 
Быть в измысленной черте 
Не могу уж, не могу.  
Не могу в юрте я быть, 
Зрячий филин — и слепой. 
Самого себя любить, 
Душу в малости дробить, 
Чтоб себя же обступить 
Все собой, самим собой.  
В Белый Мир пойду теперь, 
Белый Ад хочу избыть, 
Распахну я настежь дверь, 
Быть с собою — то не быть.  
Белый Мир, вступаю в бой, 
С Белым Дьяволом, с тобой. 
Белой Смерти я вкусил, 
Столько, столько, что не счесть. 
И вкушу еще, до тла. 
Вот, ты есть и ты не есть, 
Ты скорее лишь была.  
Не считая капель сил, 
И глядя на ток светил, 
Я узор мечты плету, 
Я бросаю свой уют, 
Зажигаю я юрту, 
Языки Огня поют. 
Белый Мир, в последний бой 
Выхожу теперь — с тобой, 
Ты не сможешь победить, 
И в тебе найду я нить 
В сказку Жизни Голубой. 
 
«А воистину ли там…» 
А воистину ли там, 
Где обрублен лед водой, 
А воистину ли там 
Праздник жизни золотой?  
Не приснилось ли мечте, 
Что когда-то был я там? 
Не приснилось ли мечте, 
Рай и Ева и Адам?  
Это вымыслы мои, 
Чтобы спрятать круглый путь? 
Это вымыслы мои, 
Чтоб в снегах не потонуть?  
Это хитрость пред собой, 
Не скружиться на кругу? 
Это хитрость пред собой, 
Жить хоть как-нибудь в снегу?  
А коль я наоборот, 
Или тот же вечный круг? 
А коль я наоборот, 
Или вечно я сам дpyr?  
А коль я на перебег, 
Не достигну ль я себя? 
А коль я на перебег, 
Или тот же вечный снег?  
А коль я направо — так — ? 
Что-то спуталось во мне. 
А коль я налево — так — ? 
Все тропинки я смешал.  
Снова впрямь на перебег, 
Там, быть может, новый путь? 
Снова впрямь на перебег, 
Есть тут лед, не только снег.