Том 6. Статьи, очерки, путевые заметки
Джованни.
О, сжальтесь, боги, я молю, пусть этаГармония не будет только сном!Аннабелла.
Мой брат, я на коленях умоляю,Становится на колени.
И даже прахом матери моейТебя я заклинаю, будь правдивым,Не предавай меня твоей насмешке,Люби меня, или убей меня.Джованни.
Сестра, я на коленях умоляю,Становится на колени
И даже прахом матери моейТебя я заклинаю; будь правдивой,Люби меня, или убей, сестра.Аннабелла.
Так значит это истинная правда?Джованни.
Я правду говорю; скажи и ты.Аннабелла.
Клянусь.Джованни.
И я. И этим поцелуем,Целует ее.
Еще, еще один, теперь мы встанем,И этим поцелуем я клянусь,Я этот миг не отдал бы за счастьеЭлизия.
Что делать нам теперь?Аннабелла.
Что хочешь.Джованни.
Так идем, и после столькихПечальных слез научимся смеяться.Узнаем поцелуи, и уснем.В драме Тирсо де Молины сын Давида, Амон, влюблен в свою сестру Тамар, но скрывает это от нее и предается глубокой печали. Когда она хочет рассеять его скорбь, он предлагает ей следующую игру. Он говорит, что влюблен в какую-то женщину. Она, Тамар, должна изображать ее, а он будет говорить ей все, что говорил бы влюбленный. Он говорит ей нежные признания, целует ее руки, и потом они прощаются (II; 7).
Амон. Простись со мною, как с влюбленным.Тамар. Пусть так, раз этого ты хочешь.Амон. Прощай, о, нежное блаженство.Тамар. И я скажу тебе – прощай.Амон. Меня ты любишь?Тамар. Бесконечно.Амон. Мою любовь ты принимаешь?Тамар. Да, принимаю.Амон. Кто твой милый?Тамар. Ты.Амон. Нынче ночью ты придешь?Тамар. В одиннадцать.Амон. Ты позабудешь?Тамар. О, никогда.Амон. Уходишь грустной?Тамар. Нет, нежною.Амон. Ты мне изменишь?Тамар. Я буду бронзой.Амон. Ты уснешь?Тамар. И ты во сне со мною будешь.Амон. Какое счастье!Тамар. Сон мой сладкий!Амон. Мое блаженство!Тамар. Мой желанный!Амон. Прощай, огонь очей.Тамар. Прощай.Но нежная игра этим не исчерпывается. Амон справедливо восклицает (II; 12):
О, если кровь кипит и без огня,Что кровь свершит, когда огонь в ней будет?Амон завлекает Тамар к себе, и между ними происходит пламенный диалог, за которым следует торжество преступной страсти, и потом гибель влюбленного (II; 15).
Амон. Тебя люблю я.Тамар. Успокойся.Амон. Покоя нет.Тамар. Чего ты хочешь?Амон. Тамар, любить.Тамар. Сдержи порыв свой.Амон. Я весь любовь, и я люблю.Тамар. А если царь придет? Я крикну.Амон. Любовь я криком призываю.Тамар. К твоей сестре!Амон. Любовь желанна.Тамар. Изменник!Амон. Нет в любви измен.Тамар. Но твой закон…Амон. Для тех, кто любит,Закона нет.Тамар. Но царь твой…Амон. Царь мой –Любовь. Иного нет владыки.Тамар. Но честь…Амон. А честь моя – восторг!Мы соприкасаемся здесь с безумием, достигаем черты, за которой для полновластного чувства личности начинается мир возмездия, царство фурий, стерегущих все безумное, но, как говорит Бомонт, –
Когда поэты схвачены безумьем,Богов они с людьми отождествляют,И краткий час преобразуют в век.(The maid's tragedy, 1:2)
Об этом безумии еще лучше говорит Шекспир, тот самый Шекспир, чьи сочинения стали настольной книгой рассудительных дельных англичан:
Кто любит, кто безумен, у тогоТакой кипучий мозг, воображеньеТак много может создавать видений,Что понимает он гораздо больше,Чем может воспринять холодный ум.Любовники, безумные, поэтыВоображеньем творческим полны.В тот час, как исступленный взор поэтаС земли скользит на небо, и с небесНа землю, – час когда воображеньеНеведомым вещам дарует форму, –Поэт преобразует их в виденья.И, закрепив воздушные ничто,Дает им место, назначает имя.(Сон в летнюю ночь, V; 1)
На таком языке говорили английские и испанские поэты 16-17-го века. Умели ли они только говорить? Нет, без способности действовать никогда в поэзии не будет истинного чувства личности. Эти люди, говорившие самые нежные, и самые сильные, и самые соблазнительные слова, умели проходить в действительности всю гамму ощущений. Они знали самые низкие падения и самый высокий героизм, они поднимали меч за родину, они губили женщин, они жертвовали жизнью во имя женщин, они делались монахами, они погибали в вертепах, они сидели в тюрьмах, они были героями, они были преступниками, они знали все.