Полное собрание стихотворений

 
Птица Сирин
Птица Сирии на Море живет,
На утесе цветном,
На скалистом уступе,
над вечной изменностью вод,
Начинающих с шепота волю свою, и ее возносящих
как гром.
Птица Сирин на Море живет,
Над глубокой водой,
Птица Сирин так сладко поет,
Чуть завидит корабль, зачарует мечтой золотой,
На плывущих наводит забвенье и сон,
Распинает корабль на подводных камнях,
Утопают пловцы в расцвеченных волнах,
Услаждается музыкой весь небосклон,
Звуки смеха со всех возрастают сторон.
Беспощадна Любовь с Красотой,
Кто-то властный о Жизни и Смерти поет,
Над пустыней седой кто-то есть молодой,
Кто струну озарит – и порвет.
Птица Сирин на Море живет,
Над глубокой водой
 
Птица Стратим
Есть много птиц, красивых, сильных
Проворных, злых, любвеобильных,
Не умеряющих свой пыл,
Цветистых в ярком опереньи
Прекрасных в беге, в лете, в пеньи,
В двойном размахе вольных крыл.
Есть много птиц и плещет слава
Орла и финикса ксалава,
Молва о них – как светлый дым,
И древен ворон в снах богатых,
Но всех прекрасней меж крылатых
Всемирно грезящий Стратим.
Он неземной, он вечно в Море,
От края к краю, на просторе
Простер он в мире два крыла,
И чуть он вполночь встрепенется,
Весь Океан восколыхнется,
Познав, что вновь Заря светла.
 
На Камне солнцевом
На Камне солнцевом сидит Заря-Девица,
Она – улыбчивая птица,
В сияньи розовом широко– длинных крыл,
На Камне солнцевом, он – амулет всех сил.
Светло-раскидисты сияющие крылья,
Пушинки, перушки до Моря достают,
Все Небо – ток огня, все облака поют
От их цветною изобилья,
От них румянится и нищенский приют.
Улыбчивым лицом будя людские лица,
Сияньем розовым развеселив весь мир,
На Камне солнцевом побыв, Заря-Девица
Уходит за моря – к другим – и тот же пир.
 
Световит
Мне снится древняя Аркона,
Славянский храм,
Пылают дали небосклона,
Есть час громам.
Я вижу призрак Световита,
Меж облаков,
Кругом него святая свита
Родных Богов.
Он на коне, и слишком знает
Восторг погонь,
О, вихри молний нагоняет
Тот белый конь.
Он бросил алую Аркону,
Туман завес,
И льнет к нетронутому лону
К степям Небес
Он позабыл священность красных
Заклятых стен,
Для свежей радости неясных
Измен измен.
И рог с вином им брошен в храме
И брошен лук,
И с ним несется небесами
Громовый звук.
Славянский мир объят пожаром,
Душа горит.
К каким ты нас уводишь чарам,
Бог Световит?
 
Зеленый вертоград
Слова поцелуйные
Он по садику гулял в свои гусли играл.
Я люблю! Я люблю!
Звонко в гусли играл царски песни распевал.
Я люблю! Я люблю!
Журчанье Белых Голубей
 
Кормщик
– Кто ты? – Кормщик корабля.
– Где корабль твой? – Вся Земля.
– Верный руль твой? – В сердце, здесь.
– Сине Море? – Разум весь.
– Весь? Добро и рядом Зло?
– Сильно каждое весло.
– Пристань? – Сон. – Маяк? – Мечта.
– Достиженье? – Полнота.
– Полноводье, а затем?
– Ширь пустынь – услада всем.
– Сладость, сон, а наяву?
– В безоглядности – плыву.
 
Втай-река
Из глубокого колодца, из-под той крутой горы,
Где гнезда не строит птица, где не строит зверь
норы,
Протекала полноводно, и течет, поет века,
Непослушная, живая, влага-пламя, Втай-Река.
Там на дне – лишь белый сахар, алый бархат,
жемчуга,
Из глазастых изумрудов расписные берега,
А порой, за крутизнами, поровнее бережки,
На отлогостях сверкают желто-рдяные пески.
От Востока до Заката Втай-Реки идет длина,
От холодных стран до жарких растянулась
ширина,
Глубину никто не знает, измеряли мудрецы,
Опускали в воду тяжесть, потеряли все концы.
А и что ж нам ведать тайны – тех, кто хочет
тайну скрыть
Втай-Река не с мудрецами, хочет с сердцем
говорить,
Прикатилась и вселилась в полнозвучные сердца,
Из глубокою колодца, без начала и конца.