Возрождение

Понятия «недалеко» для Бена теперь не существовало, и он сомневался, что ему когда-нибудь еще будет уютно. Он проковылял к месту, на которое указала Тери, и сел на мягкую упругую подушку из свежесрезанной травы.
— Не очень роскошное жилье. И все же лучше, чем мокнуть на улице. — Тери села рядом с Блешем. — Капитан Ребка сказал, что ночью, когда температура немного снизится, должен пойти по-настоящему сильный дождь. В любом случае у нас есть пища, крыша над головой и уж тем более вода.
К ним постепенно присоединились остальные члены экспедиции.
— Да уж, воды у нас больше чем достаточно, — усмехнулся Джулиан Грейвс, услышав последние слова Тери, — и мы здесь в безопасности, хотя и не можем покинуть планету — разве что за нами кто-нибудь прилетит. Кстати, я до сих пор не могу понять, каким образом две наши группы оказались в одном и том же месте, двигаясь совершенно разными путями. К счастью, спешить некуда и мы можем все спокойно обсудить.
Все, кроме Дари, закивали. Лэнг встала с места.
— Мне жаль портить вам настроение, но это неверно. На первый взгляд Марглот совершенно безопасен, и в каком-то смысле это так. И все же оставаться здесь надолго нельзя, потому что нам грозят большие неприятности.
— Откуда? — Ханс Ребка с улыбкой огляделся. — Обычно я выступаю в роли главного пессимиста. А пока никаких опасностей не вижу. Ни потопов, ни землетрясений, ни вулканов... Нет даже диких зверей, готовых вцепиться нам в задницу.
— В том-то и дело, Ханс. Никаких диких зверей — вообще никаких зверей. Пока ты ходил на разведку, я копалась в земле. Здесь полно животных: от полуметровых пресмыкающихся до микроскопических. Только все вот такие. — Дари показала на кучку засохших трупов. — Мертвые. Я думаю, что животной жизни на Марглоте больше вообще нет.
— Ну и что? — пожал плечами Торран Век. — Я не бывал на Фредхольме, но там то же самое: одна только растительная жизнь и грибы плюс немного микроорганизмов, которые расщепляют органические остатки. И тем не менее биосфера планеты вполне стабильна.
— Да, такое равновесие существует там миллиарды лет, оно возникло эволюционным путем. В нашем случае все по- другому. На этой планете была сбалансированная биосфера, включавшая растения, животных, грибы и микроорганизмы — все на своем месте. И вдруг животные погибли. Марглот сейчас в высшей степени нестабилен с экологической точки зрения. Не знаю, сколько времени для этого понадобится, однако растения здесь тоже начнут вымирать, поскольку нуждаются в животных. А с прекращением фотосинтеза начнет падать содержание кислорода в атмосфере. Чем бы это все ни закончилось, нам лучше при этом не присутствовать. Ясно, что люди и им подобные здесь жить не смогут. Сейчас мы единственный вид животных на Марглоте, а быть аномалией всегда плохо. Надо искать, как отсюда выбраться. И побыстрее.
— Я думаю, Дари, что ты преувеличиваешь. — При этом Ханс все же встал и пересел на другое место, прислонившись спиной к стволу.
Слушатели подавленно молчали. Бену стало трудно сидеть, и он откинулся на спину. Здесь было не так удобно, как в кабине шагающей машины, но ему нисколько не хотелось туда возвращаться. Каким бы мрачным ни было обсуждение, Блеш мог в нем участвовать.
Свет, падающий с верхушки конуса, медленно тускнел. Порывы ветра начали набирать силу. Даже на Теплом полюсе атмосферные потоки не могли не реагировать на движение линии раздела дня и ночи. Вскоре по внешним листьям конуса застучал проливной дождь.
Первая ночь на Марглоте — на планете, которая, если верить Дари Лэнг, медленно и верно умирала. Бен задремал.
Во сне часто оказываешься в тупике, откуда нет выхода. Только во сне проблема в конце концов всегда решается. Хоть и решаешь ты ее тоже во сне...  Бен открыл глаза. Вокруг было темно. Дыхание спящих товарищей заглушал шум дождя. Это была реальность.