Превыше всего (СИ)

        Джастин в ужасе уставился на сидевшего напротив мужчину, заметив это, Линдси больно сжала его бедро, впиваясь в кожу ногтями. Резко дернувшись от боли, он развернулся к ней, но Линдси, как ни в чем не бывало, спокойным, ровным голосом, продолжала задавать вопросы.
 - Приходилось ли вам оперировать миссис...
 - Какое имеет значение, кого оперировал доктор Хейз, в данном созыве директоров?
 - Как оказалось, это имеет непосредственное влияние на обсуждаемую тему.
 - Это была обычная операция.
 - Секундочку, миссис Кинни, каким образом операция трехгодичной давности должна обсуждаться здесь? - нахмурился Бекеса.
 - Потому что оперировали мою мать, - голос Джастина предательски дрогнул, но глаза сверкали от гнева.
 - Твою мать оперировал мистер Кинни, - злорадно заявил Крейг, - этому есть задокументированное доказательство.
 - Вот это?
        Линдси положила на стол копию истории болезни Дженнифер Макмиллан, которую видел Джастин, и еще один документ. Она демонстративно, глядя в глаза Крейга, взяла телефон и не глядючи позвонила. Это выглядело довольно угрожающе. Хотя Джастин по прежнему ничего не понимал, но зато теперь ясно видел, как испугался его отец.
 - Доктор Брукнер, войдите пожалуйста.
        Крейг откинулся в кресле и уставился на дверь.
 - Я не понимаю, что здесь за балаган устроен?
       Линдси отвела от него взгляд и с этой минуты стала обращаться только к совету директоров.
 - Как вы видите под номером 24/FY- 03.2003, было создано два документа. В одном фигурирует доктор Хейз, в другом доктор Кинни. Вы не хотите пояснить нам эту странность, доктор Хейз?
       В этот момент в зал заседаний вошел доктор Брукнер в сопровождении пожилой женщины, которую Джастин помнил еще по временам своей юности, когда он бывал здесь у дедушки. Это была медсестра Хоакинес, она тепло улыбнулась Джастину и вызывающе вздернула голову, глядя на Тейлора-старшего.
 - Миссис Хоакинес, присаживайтесь, - любезно предложила ей Линдси и обратилась к совету, - в 2003 году миссис Хоакинес работала медсестрой в академии Макмиллан и присутствовала на операции, проводимой доктором Хейзом. Хочу сразу заметить, что все, кто присутствовал тогда на ней, были уволены, по разным причинам. Миссис Хоакинес предложили уйти по старости. Вы хотите поделиться с советом, что там произошло?
 - Думаю, пришло время, чтобы правда увидела свет. Миссис Тейлор поступила с сильными головными болями и МРТ выявило аневризму аорты. Операция была простая и доктор Хейз легко справлялся с ней. Пока миссис Тейлор не стала говорить, что все чувствует. Как я потом вспоминала, это не подействовал наркоз. Вы же понимаете, что при некоторых операциях на мозге требуется полное сознание пациента, и в этом случае больной все слышит, говорит, но не чувствует. Миссис Тейлор боролась за жизнь, - миссис Хоакинес замолчала, с трудом сдерживая рыдания, а в кабинете повисла гнетущая тишина, - и тогда появился доктор Тейлор. Он удалил из операционной всех, кроме доктора Хейза, а так как я очень любила эту замечательную женщину, то ушла не дальше двери операционной, в надежде помочь при первом ее зове.
       Мистер Бекеса уже сурово взглянул на пожилую женщину.
 - Миссис Хоакинес, вы сейчас пытаетесь нам сказать, что к смерти миссис Тейлор причастен ее муж?
 - Это все просто бред, - вскипел Крейг, - во-первых, она уже давно не Тейлор, а во-вторых мы в разводе были уже несколько лет! Зачем мне было убивать ее?
 - Позвольте не согласиться. Вот копия завещания мистера Макмиллана, которое было изменено в 2003 году, - Крейг весь подобрался, словно перед рывком и наклонился провожая жадным взглядом документ, пока Линдси передавала его мистеру Бекесе, - как видно из этого документа, в случае кончины миссис Тейлор, мистер Тейлор становится единоличным владельцем клиники Макмилланов, и вправе сам распоряжаться, кому оставить наследство.
        Джастин уставился на Крейга, борясь со вспышкой ярости.
 - Так ты убил мою мать ради акций Макмилланов? Жадный ублюдок! И взял себе в помощники этого... - он презрительно сузил глаза, глянув на Хейза, - а затем подложил под него свою дочь!
 - Такер не убивал твою мать! - раздался голос Брайана и Джастин резко развернулся в его сторону, он за всей этой развернувшейся драмой не заметил его появления. - Её убила большая доза морфина, которую ей вколол Крейг, и, как подозревал профессор Макмиллан, полное отсутствие анестезии. Вместо нее поставили плацебо, но во всем обвинили анестезиолога и тут же уволили его.
 - Это всё клевета!
 - Вот небольшое собственное расследование, которое провел профессор, даже не выходя из дому... - Начал Брайан кладя перед советом папку с записями, но его прервал Крейг.
 - Я требую адвоката.
 - Ваше право, мистер Тейлор, но с этой минуты вы отстранены от руководства клиникой Макмилланов. Доктор Брукнер, пригласите сюда охрану, и пусть они сразу выпроводят мистера Тейлора из здания. И прошу вас, проследите, чтобы он не был допущен в свой кабинет. Совет директоров сегодня же подаст заявление о привлечении его к ответственности. Что же касается мистера Чейза, тяжесть его вины будет тоже оценена по закону.
 - Я окажу вам всяческую поддержку! - раздался голос Такера. - Я тоже оказался пострадавшим в этом случае. Произошедшее сильно сказалось на мне.
 - Это ты сейчас о 10% акций, которые я тебе передал после произошедшего? Тогда, да, произошедшее сказалось на тебе! - голос Крейга просто плескал ядом.
 - Ему принадлежат акции компании? - услышав последние слова отца, Джастин чуть не свернул шею, оглядываясь то на этого человека, которого он несмотря ни на что считал отцом до сегодняшнего дня, то на мужа своей сестры.
 - Нет, они принадлежат мне, - Брайан небрежно бросил акции на стол и Крейг, уже выходящий из кабинета, чуть не кинулся на него. Бен, перехватив его рукой за шею, мгновенно оттащил активно сопротивляющегося мужчину и выволок в коридор.
 - Как они оказались у тебя?
 - Такер предложил их мне, - Брайан поджал губы и взглянул Джастину в глаза впервые с тех пор как появился здесь.
        Джастин уставился на Брайана в ожидании продолжения, но тот, как обычно, не считал нужным объяснять мотивы своих поступков. Такая позиция была не совсем ясна, но привлекательна. И тут либо принять правила игры, либо... либо идти нахуй. И не в жизнеутверждающем смысле. Затянувшееся молчание прервал Бекеса.