Правда и вымыслы о кремлевском некрополе и Мавзолее

В мае бальзамирование настолько продвинулось вперед, что Ф. Э. Дзержинский предложил открыть Мавзолей на один день для делегатов XIII съезда ВКП б).
«Отзывы делегатов съезда. Надежды Константиновны и других членов семьи Владимира Ильича вселили в нас уверенность в успехе дальнейшей работы, — вспоминал профессор Збарский. — Я помню, как брат Владимира Ильича, Дмитрий Ильич, на наш вопрос, сохранилось ли сходство, ответил нам: „Я сейчас ничего не могу сказать, я сильно взволнован. Он лежит таким, каким я его видел тотчас после смерти“. Эти слова придали нам большую уверенность для дальнейшей работы».
22 июля с результатами работы В. П. Воробьева и его коллег ознакомилась комиссия экспертов: известный патологоанатом Н. Ф. Мельников-Разведенков, профессора анатомии В. Н. Тонков и К. З. Яцута, которые пришли к выводу, что «предпринятые для бальзамирования меры покоятся… на прочных научных основаниях, дающих право рассчитывать на продолжительное, в течение ряда десятилетий, сохранение тела Владимира Ильича в состоянии, позволяющем обозрение его в закрытом стеклянном гробу, при соблюдении необходимых условий со стороны влажности и температуры».
26 июля 1924 года члены комиссии ЦИК СССР по увековечению памяти Ленина и эксперты вместе посетили Мавзолей. Затем состоялось заседание комиссии под председательством Ф. Э. Дзержинского. «С обстоятельным докладом о бальзамировании, — гласило опубликованное на следующий день сообщение, — выступил профессор В. П. Воробьев. Примененный им новейший метод сохранения на длительный период тела Владимира Ильича вполне удался».
«Ни мы, ни наши товарищи, — сказал в заключительном слове член комиссии А. С. Енукидзе, — не хотели создать из останков Владимира Ильича какие-то „мощи“, посредством которых мы могли бы популяризировать или сохранять память о Владимире Ильиче. Своим гениальным учением и революционными действиями… он достаточно увековечил себя… Я думаю, что в ближайшее столетие едва ли родится такой человек, как Владимир Ильич».
Советское правительство выразило благодарность всем ученым-медикам, участвовавшим в бальзамировании. В. П. Воробьеву — первому в СССР — было присвоено звание заслуженного профессора.
Свой метод, примененный при бальзамировании тела В. И. Ленина, В. П. Воробьев описал впоследствии в печати. Но потом его засекретили. Сейчас запрет снят.
Суть метода такова. Водная фаза клеток и тканей (в них до 90 % воды) постепенно заменяется жидкостью, в которой воды значительно меньше. У жидкости три ценных качества: не теряет влагу (при комнатной температуре и влажности), подавляет рост бактерий и грибков, а также нейтрализует ферменты, способные разрушить ткани. Для частичного восстановления цвета гемоглобина, измененного смертью, добавляете спирт.
В. П. Воробьев и его помощники пропитали тело этим раствором. Нашли единственно верную пропорцию ингредиентов, [16] не вызывавшую грубых деформаций тканей из-за быстрого обезвоживания или резкого изменения цвета кожи. Трудности бальзамирования усугублялись тем, что во время похорон тело было сильно обморожено.
Труды профессора В. П. Воробьева (1876–1937) получили широкое признание. В 1927 году он был удостоен высшей награды ученых — премии имени Ленина, в 1934 году награжден орденом Ленина и избран действительным членом Академии наук УССР. С 1935 года В. П. Воробьев — член ЦИК УССР. Его имя носит харьковская улица, где он впервые организовал кафедру анатомии.
В последнее время в прессе стало модным утверждать, будто Н. К. Крупская ни разу не была в Мавзолее. Это неверно. Первый раз она пришла вместе с Д. И. Ульяновым 26 мая 1924 года. Бальзамирование почти закончилось, но доступ в Мавзолей еще не был открыт. Их отзывы, вспоминал профессор-бальзаминатор Б. И. Збарский, «вселили в нас уверенность в успехе дальнейшей работы». Многолетний секретарь Н. К. Крупской В. С. Дридзо вспоминала: «Надежда Константиновна бывала в Мавзолее редко, может быть, раз в год. Я ходила всегда вместе с ней». О том, как Н. К. Крупская в последний раз была в усыпальнице В. И. Ленина за несколько месяцев до своей кончины, в 1938 году, сохранились теплые воспоминания сопровождавшего ее Б. И. Збарского: «Она взглянула на Владимира Ильича и сказала: „Борис Ильич, посмотрите, он все такой же, а я старею“. Ей было тогда около семидесяти.
* * *
…Грозным летом 1941 года ночную Москву стали оглашать сирены воздушных тревог. Гитлеровские летчики рвались к столице, к Кремлю, к Мавзолею… В начале июля 1941 года Мавзолей опустел, тело В. И. Ленина эвакуировали за Урал.
После Отечественной войны научно-исследовательская лаборатория при Мавзолее В. И. Ленина, созданная еще в 30-е годы, была заметно расширена, возрос комплекс ее научных и научно-практических задач. Группа сотрудников была усилена биохимиками, физиками и химиками, оптиками, анатомами и другими специалистами.
Ученым удалось установить оптимальные способы поддержания постоянства влаги в тканях тела. С этой целью периодически увлажняются открытые участки кожной поверхности. Особыми приемами восстановлены, например, утраченные объемы мягких тканей. Ученые добились также равномерного цвета кожного покрова. Разработаны точные способы фоторегистрации объемов и рельефа лица и кистей рук, позволяющие уловить незаметные для глаз изменения. С помощью электронной и световой микроскопии систематически исследуются также мельчайшие кусочки тканей.
Сейчас наступил период стабилизации всех физико-химических процессов в тканях тела. Во всяком случае, их чрезвычайно медленное течение почти неуловимо современными химическими, физическими и микроскопическими способами.
В 1934–1952 годах лабораторию при Мавзолее возглавлял действительный член Академии медицинских наук СССР Б. И. Збарский; в 1952–1962 годах — действительный член Академии медицинских наук СССР С. Р. Мардашев, в 1962–1967 годах — доцент В. Н. Усков, в 1967–1995 годах — действительный член Академии медицинских наук С. С. Дебов.
С 1995 года работой ученых руководит действительный член двух российских академий — медицинских и сельскохозяйственных наук — В. А. Быков.
Иногда можно слышать разговоры, что в саркофаге лежит не Ленин, а его двойник или даже кукла, что от него ничего-де не осталось. Это досужие вымыслы.
Длительное сохранение тела В. И. Ленина в условиях, доступных для обозрения, — исключительно трудная задача, не имеющая прецедента в мировой науке.
Регулярно — раз в 4–5 лет — тело Ленина осматривала специальная правительственная комиссия из компетентных ученых. Последний раз такая комиссия работала в 1990 году. В нее вошли: председатель известный биохимик академик Академии медицинских наук СССР И. П. Ашмарин, члены — академики АМН СССР А. П. Авцын, Н. К. Пермяков, Ю. М. Лопухин, Т. Т. Березов, М. Р. Сапин, член-корреспондент АМН СССР В. К. Лепахин профессор Е. С. Северин — всего 12 человек. Как и предыдущие, комиссия отметила хорошее состояние тола, не вызывающее никаких опасений.
По методу наших медиков были забальзамированы тела ряда зарубежных руководителей — болгарского Г. Димитрова (1949 год) и чехословацкого К. Готвальда (1953 год). Позднее в связи с политической конъюнктурой они были извлечены из мавзолеев (соответственно в 1990 и 1958 годах) и захоронены. В 1969 году наши ученые забальзамировали тело вождя вьетнамского народа Хо Ши Мина, в 1995 г. — президента КНДР Ким Ир Сена.
* * *
Около 80 лет сохраняется тело В. И. Ленина. Заслуга в этом не только ученых-медиков, но и инженеров и техников, работающих с ними в тесном контакте.
…Длинные ряды новейших машин. Мерно гудит двигатель. Этот подземный цех — командный пункт научно-технической мысли, оберегающей тело В. И. Ленина.
По мере того как повышались требования ученых, совершенствовались и техническое оборудование Мавзолея, технология, методика контроля и т. д.
О сложности вопросов, которые приходится решать инженерам, свидетельствует, например, создание саркофага и связанной с этим системы освещения. Чтобы удовлетворить строгие требования медиков, коллектив лаборатории архитектурного освещения, руководимый кандидатом технических наук Н. В. Горбачевым, сделал в 1933–1944 годах десятки макетов саркофага, разных по форме, материалу и цвету. Найдя лучший вариант освещения, инженеры и конструкторы понимали, что это только полдела. В Траурном зале, особенно в саркофаге, должна быть постоянная температура. А за три-пять часов доступа посетителей, когда работают все светооптические приборы, воздух неминуемо нагревается. Инженеры применили на осветительных приборах специальные защитные стекла-фильтры, поглощающие тепловую энергию.