Полное собрание стихотворений

 
«Какая радость снять оковы…»
Какая радость снять оковы
Сомнений, робости, забот!
Вокруг – пустынно и сурово, —
Кто близок мне – еще придет.
Из темных недр, из заточенья
Всех выпускать на вольный свет!
Пусть думы, шепоты, виденья
Узнают вновь, что смерти нет.
Слова танцуют как в похмелье,
И каждый звук их к сердцу льнет.
Из них сплетая ожерелье,
Неслышно двигаюсь вперед.
Как знать, дождусь ли я ответа,
Прочтут ли эти письмена.
Но сладко мне перед рассветом
Будить родные имена.
1924 – 1925
Симферополь
 
«Дают нам книги холодные, мудрые…»
Дают нам книги холодные, мудрые,
И в каждой сказано о Нем по-разному.
Толкуют Его словами пророческими,
И каждый толкует Его по-своему.
И каждое слово о Нем – обида мне,
И каждая книга как рана новая,
Чем больше вещих о Нем пророчеств,
Тем меньше знаю, где правда истинная.
А смолкнут речи Его взыскующие,
И ноет сердце от скуки жизненной,
Как будто крылья у птицы срезаны,
А дом остался без хозяина.
Но только свечи перед иконами,
Мерцая, знают самое важное.
И их колеблющееся сияние,
Их безответное сгорание
Приводит ближе к последней истине.
1925
Симферополь
 
Дети
Напиток мудрости, отстоянное зелье,
Всю сладость знанья с горечью земной
Мы бережно несем навстречу их веселью
И любящей им подаем рукой.
Резвясь спешат, – толчок! – и из сосуда
Все вылилось… И разум заодно…
Но все, чего они коснутся, – чудо! —
Все превращается в вино.
Оно играет, бродит вместе с ними,
Они пьянеют, и пьянеем мы…
И все бледнее, все неуловимей
Разлитой мудрости следы.
1925
Симферополь
 
«С утра стою перед плитой…»
С утра стою перед плитой,
Дрова, кастрюли, мир предметный,
С утра дневною суетой
Опутана и безответна.
Привычной двигаюсь стопой,
Почти любя свой бедный жребий,
Но сердце ловит звук иной,
К далекой приникая требе.
Звучит торжественный обряд.
Несутся стройные моленья,
И мнится мне, что с ними в лад
Творю и я богослуженья.
1925
Симферополь
 
«Если это старость – я благословляю…»
Если это старость – я благословляю
Ласковость ее и кротость,
И задумчивую поступь.
Нет былой обостренности
Мыслей и хотений.
Ночью сон спокойней.
Ближе стали дети,
И врагов не стало.
Смотришь – не желая, помнишь – забывая,
И не замышляешь новых дальних странствий
В бездны и на кручи.
Путь иной, синея, манит неминучий.
И в конце дороги – пелена спадает,
И на перевале – все былое тает,
И в часы заката – солнце проливает
Золото на землю.
Если это старость – я ее приемлю.
1925
Симферополь
 
Стихотворения 1903 – 1906 годов
 
«Не Вы – а я люблю! Не Вы – а я богата…»
Не Вы – а я люблю! Не Вы – а я богата…
Для Вас – по-прежнему осталось все,
А для меня – весь мир стал полон аромата,
Запело все и зацвело…
В мою всегда нахмуренную душу
Ворвалась жизнь, ласкаясь и дразня,
И золотом лучей своих огнистых
Забрызгала меня…
И если б я Вам рассказала,
Какая там весна,
Я знаю, Вам бы грустно стало
И жаль себя…
Но я не расскажу! Мне стыдно перед Вами,
Что жить так хорошо…
Что Вы мне столько счастья дали,
Не разделив его…
Мне спрятать хочется от Вас сиянье света,
Мне хочется глаза закрыть,
И я не знаю, что Вам дать за это
И как мне Вас благодарить…
28 апреля 1903
Москва
 
«Раз только в жизни, осенней порой…»
Раз только в жизни, осенней порой,
Вместе с багрянцем листвы золотой,
С шелестом ветра, с туманами мглистыми,
С плеском волны и плодами душистыми
Счастье закралось ко мне…
Но не под силу мне счастье то было,
Душу оно, как грозой, надломило, —
Ночи тревожные, думы бессонные,
Слезы, горячим огнем опаленные,
С ним неразлучно пришли…
Сердце все крепче с тем счастьем срасталось, —
Только не долго оно продолжалось…
Нет его больше. А слезы остались,
Слезы по прежним слезам безмятежным
Да по листам золотистым и нежным,
Что облетели навек…
Декабрь 1903