Истинное зло

Алекс тихо выругалась, бросилась вперед и настежь распахнула дверь, готовая всадить пулю в каждого, кто окажется за ней.
Но ванная комната была пуста.
Снова тот же звук. Алекс опустила голову и в ужасе попятилась. На полу под раковиной лежала ослепительно яркая змея. Она корчилась и извивалась судорожными восьмерками, в агонии хватая пастью воздух.
– Крис, – прохрипела Морс.
Доктор метнулся вперед и заслонил ее собой.
– Что это такое? – прошептала Алекс.
– Коралловый аспид. Самая ядовитая змея в Америке.
– Ты уверен?
– Абсолютно. Видишь красные и желтые полоски? У местных бойскаутов была такая песенка: «Черный, потом красный – жизнь была прекрасна. Красный, потом желтый – смерть свою нашел ты».
Алекс передернула плечами.
– Это она убила Мэгги?
– Скорее всего. Самое скверное, что никто не стал бы подбрасывать змею ради твоей кошки. Она предназначалась для тебя.
Даже теперь, почти мертвый, аспид поражал своей зловещей красотой.
– Что случилось?
– Похоже, Мэгги боролась до конца. Кошки умеют охотиться за змеями.
– И все-таки змея убила ее?
– Коралловые аспиды действуют иначе, чем гремучие змеи или щитомордники. Их яд содержит нейротоксины, как у кобр. Зубы у них короткие, но для небольшого животного вроде кошки вполне хватает одного укуса.
Крис схватил с кровати ближайшую подушку и заблокировал ею дверь. Потом вернулся к своей машине и принес большое пластиковое ведро с бейсбольными мечами.
– Что ты хочешь сейчас делать? – воскликнула Алекс. – Забить змею до смерти?!
Доктор взял ведро обеими руками, перегнулся через подушку и со всей силы обрушил свое орудие на раненого аспида. За первым ударом последовал второй, столь же сокрушительный. Когда Крис опять поднял ведро, змея прилипла к его днищу, точно раздавленный на дороге жук.
– Она мертва? – спросила Алекс.
– Насчет змей никогда нельзя сказать наверняка. Их нервная система продолжает действовать даже после смерти. Бывали случаи, когда люди умирали от укусов мертвых змей.
– А как насчет этой?
Крис внимательно рассмотрел расплющенного аспида.
– Сдохла.
Он вынес ведро наружу и швырнул в кузов своего пикапа. Алекс услышала, как бейсбольные мячи покатились во все стороны. Пока она собирала ноутбук и папки с документами, Крис убрал останки Мэгги в мешок для мусора.
– Когда мы вернемся, я осмотрю ее получше, – произнес он. – Может, обнаружу следы укусов.
– Ты уверен, что я не создам проблем для Бена?
– Я отправил его к миссис Джонсон. Поехали.
Алекс направилась к своей машине, но вдруг остановилась.
– Разве в Миссисипи водятся коралловые аспиды? Я выросла в этих краях, но никогда их не видела.
– Они обитают в другой части штата. Туда можно добраться за два часа, но не факт, что ты что-нибудь там найдешь, даже если станешь искать целую неделю. Они очень скрытны.
– Значит, она не могла случайно забраться…
– Ни в коем случае. Кто-то подбросил ее в твой номер. И это отвечает на твой вопрос.
– На какой?
– Целью нападавшего была ты, а не я.
 
Глава 25
Белый фургон Элдона Тарвера пробивался сквозь густые ветки, заслонявшие разбитую дорогу. Это была уже его четвертая попытка попасть к реке, и он чувствовал, что на сей раз она окажется удачной. Выехать на берег он мог в любой момент: через каждые пятьдесят ярдов от гравийного шоссе отходили проселочные колеи, уводившие к руслу Миссисипи. Проблема заключалась в том, что, когда он добирался до воды, песок на берегу оказывался очень мягким, а река – мелкой. Тарверу требовался островок твердой почвы, чтобы добраться на фургоне до самого обрыва, а потом сбросить машину в воду хотя бы на десять футов глубины. Тогда сильное течение утащит ее вниз, и к утру она исчезнет без следа. А если фургон завязнет в мелководье, завтра утром любой рыбак или турист, проплывая в лодке с удочкой в руках, увидит ее стоящей на прежнем месте.
Доктор Тарвер не собирался возвращаться в Джексон. Агент Морс могла легко блокировать все выезды из города. Поэтому после нападения он выбрался на боковую трассу и промчался мимо гигантского остова брошенной бумажной фабрики. Асфальт быстро закончился и сменился гравием, рассекавшим узкой полосой соевое поле. Дорога принадлежала нефтедобывающей компании и частному загородному клубу, который держал здесь свои охотничьи угодья. Элдон выяснил все это, подробно изучив топографическую карту – его обычная процедура при подготовке к новой операции. Он по опыту знал, что хорошая рекогносцировка – ключ к успеху, и никогда не пренебрегал даже самыми мелкими деталями.
Внутри фургона находилось физическое воплощение докторской предусмотрительности – мотоцикл «хонда», приспособленный для езды по шоссе и бездорожью. Последние пять лет Элдон возил его на любое дело, загружая и выгружая тяжелую машину. И сегодняшний вечер доказал, что его усилия не напрасны.
Тарвер прибавил скорость, и ветки захлестали по стеклу кабины, разлетаясь в обе стороны и ярко вспыхивая в свете фар. На самом деле он никогда особенно не держался за этот фургон. В подземном гараже лаборатории стоял такой же, только другого цвета. Внезапно лес расступился, и два белых луча ударили в черную пустоту, посветлевшую после того, как он выключил фары.
Оглядев ночное небо, доктор заметил два маленьких красных огонька, горевших на вышках сотовой связи. Правее от них и ниже по воде медленно ползла речная баржа. До нее было чуть менее мили, и она плыла в его сторону.
Доктор заглушил мотор, вылез из кабины и медленно двинулся вперед, внимательно глядя себе под ноги. Он чувствовал, что река где-то рядом, но не понимал, насколько близко. Рядом из куста выскочил маленький броненосец. Тарвер следил, как при луне сверкает его чешуя, пока зверек не исчез в траве. Он опять шагнул вперед и почти сразу оказался на краю скалы.
Внизу струились темные воды Миссисипи.
Элдон сорвал с себя мокрую от крови рубашку и швырнул в реку. Эта тварь саданула его прямо в горло, но тупым оружием. Наверное, ключом. Будь у нее нож, он бы уже умер. А так пострадала лишь слипшаяся от крови борода.
Он вернулся к фургону, открыл задние дверцы и откинул алюминиевый трап для разгрузки мотоцикла. Соблюдая меры предосторожности – кругом стоял кромешный мрак, – Элдон выкатил «хонду» и подпер выдвижной подставкой, затем вытащил из кабины портативный морозильник и брезентовый мешок. Больше в фургоне ничего не было. Всю дорогу от Джексона Тарвер ехал в кожаных перчатках, натянув на лицо бумажный пакет и закрыв голову резиновой шапочкой для душа.
Он завел мотоцикл ножным стартером, чтобы обеспечить себе быстрый отходной маневр, снова забрался в фургон, переключился на первую скорость и медленно подполз к скале. Футах в пятнадцати от обрыва доктор выпрыгнул из кабины и покатился по песку. Раздался громкий всплеск, точно в море плюхнулся огромный кит. Подбежав к обрыву, Тарвер увидел абсурдную картину – громоздкая машина не спеша плыла по Миссисипи, будто какая-то причудливая баржа. Через минуту она столкнулась с островком, тяжеловесно развернулась и начала описывать широкие круги, одновременно погружаясь в воду и все дальше уходя на юг, в строну Нового Орлеана и Батон-Руж.
В иных обстоятельствах Тарвер не удержался бы от смеха. Но сейчас ему не до этого. Тысячи тревожных мыслей одновременно проносились у него в голове. Прежде всего надо добраться до убежища. Сейчас время работает против него. У него имеются дела поважнее. Например, разобраться с Эндрю Раском.
Раск обманул его. Доктор не сомневался, хотя и не представлял размеров лжи. На взгляд Элдона, адвокат не мог совершить ничего более ужасного. Но пока придется забыть про месть и сосредоточиться на самосохранении. Тарвер всегда знал, что когда-нибудь этот день наступит. Теперь он наступил, и доктор был к этому готов. До убежиша не более сорока миль. Там он отдохнет, соберется с мыслями и составит план действий. Элдон закрепил на «хонде» морозильник и брезентовый мешок. Чтобы добраться до тайника, нужны лишь трезвая голова и крепкие нервы. Когда доктор забрался на мотоцикл и поддал газу, его охватило чувство несокрушимой уверенности.