Испанские поэты XX века

Часть 95 из 154 Информация о книге
  МАЛЕНЬКИЙ ВЕНСКИЙ ВАЛЬС
 Перевод А. Гелескула
   Десять девушек едут Веной.
 Плачет смерть на груди гуляки.
 Есть там лес голубиных чучел
 и заря в антикварном мраке.
 Есть там залы, где сотни окон
 и за ними деревьев купы…
 О, возьми этот вальс,
 этот вальс, закусивший губы.
 
  Этот вальс, этот вальс,
 полный смерти, мольбы и вина,
 где шелками играет волна.
 
  Я люблю, я люблю, я люблю,
 я люблю тебя там, на луне,
 п с увядшею книгой в окне,
 и в укромном гнезде маргаритки,
 и в том танце, что снится улитке…
 Так порадуй теплом
 этот вальс с перебитым крылом.
 
  Есть три зеркала в венском зале,
 где губам твоим вторят дали.
 Смерть играет на клавесине
 и танцующих красит синим
 и на слезы наводит глянец.
 А над городом — тени пьяниц…
 О, возьми этот вальс,
 на руках умирающий танец.
 
  Я люблю, я люблю, мое чудо,
 я люблю тебя вечно и всюду,
 и на крыше, где детство мне снится,
 и когда ты поднимешь ресницы,
 а за ними, в серебряной стуже, —
 старой Венгрии звезды пастушьи
 и ягнята и лилии льда…
 О, возьми этот вальс,
 этот вальс «Я люблю навсегда».
 
  Я с тобой танцевать буду в Вене
 в карнавальном наряде реки —
 в домино из воды и тени.
 Как темны мои тростники!..
 А потом прощальною данью
 я оставлю эхо дыханья
 в фотографиях и флюгерах,
 поцелуи сложу перед дверью —
 и волнам твоей поступи вверю
 ленты вальса, скрипку и прах.
 
 
  ВАЛЬС НА ВЕТВЯХ
 Перевод А. Гелескула
   Раз,
 и два,
 и три —
 листья мелькнули в окне.
 Рыбка плывет по луне.
 Не спит река,
 но века
 море поет во сне.
 Лес
 отпевает принцесс,
 Мгла ему свечи зажгла.
 Вторит монашка в дупле.
 Девочка ждет на ветле.
 Звякнула шишками ель,
 ищет пернатую трель.
 Но кровью истек соловей
 в певчей печали своей.
 И все печальнее мне,
 потому что и раз,
 и два,
 и три
 листья проплыли в окне.
 И скрипач с головой из стекла,
 и картонная скрипка, и мгла,
 и свеченье снегов и седин
 с целым миром
 один на один.
 Тени мертвых и мрамор немой!
 Муравейник рассвета зимой!
 Где-то молится лес,
 отпевая принцесс,
 где-то мед на цветке.
 Лягушата в реке.
 Приближается сумрак
 в лавровом венке.
 Станет небо для ветра
 высоким плетнем,
 и гонимые ветки
 запляшут на нем
 по одной
 над луной,
 и вдвоем
 над ручьем,
 и втроем, и по-прежнему врозь,
 чтобы мрамору крепче спалось.
 
 
  СОН КУБИНСКИХ НЕГРОВ ^{146}
 Перевод А. Гелескула
   Если ночь будет лунной,
 поеду в Сантьяго-де-Куба,
 поеду в Сантьяго.
 Запрягу вороные буруны
 и поеду в Сантьяго.
 Заколышется лунное пламя.
 Поеду в Сантьяго.
 Когда пальмы замрут журавлями,
 поеду в Сантьяго.
 Когда станет медузой коряга,
 поеду в Сантьяго.
 Поеду в Сантьяго
 с Фонсекою рыжеволосым.
 Поеду в Сантьяго.
 К Ромео, Джульетте и розам
 поеду в Сантьяго.
 О, Куба! О, ритмы сухого гороха!
 Поеду в Сантьяго.
 О, гибкое пламя, зеленая кроха!
 Поеду в Сантьяго.
 Кайманы. Табак. Тростниковые струны.
 Поеду в Сантьяго.
 Ведь я говорил, что поеду в Сантьяго —
 запрягу вороные буруны
 и поеду в Сантьяго.
 Шпоры бриза и рома.
 Поеду в Сантьяго.
 Кораллы и дрема.
 Поеду в Сантьяго.
 Песок и прилив бездыханный.
 Поеду в Сантьяго.
 Белый зной. Восковые бананы.
 Поеду в Сантьяго.
 Зеленый твой сахар,
 о, Куба! О, радуга вздоха и прахаі
 Поеду в Сантьяго.
 
 
  ПЛАЧ ПО ИГНАСЬО САНЧЕСУ МЕХИАСУ (1935) ^{147}
 Перевод М. Зенкевича
   I. УДАР БЫКА И СМЕРТЬ
             Било пять часов пополудни.
 Было точно пять часов пополудни.
 Принес простыню крахмальную мальчик
 в пятом часу пополудни.
 И корзину с известью негашеной —
 в пятом часу пополудни.
 А над всем этим — смерть,
           одна только смерть
 в пятом часу пополудни.
 
            Вата взлетела, подхвачена ветром,
 в пятом часу пополудни.
 Стекло и никель посеяла окись
 в пятом часу пополудни.
 Голубка вступила в бой с леопардом
 в пятом часу пополудни.
 И гулко ударил большой колокол
 в пятом часу пополудни.
 Трезвон хлороформа и дымной крови
 в пятом часу пополудни.
 В трауре улиц безмолвные толпы
 в пятом часу пополудни.
 А сердце быка так яростно билось
 в пятом часу пополудни.
 Когда заморозились капли пота
 в пятом часу пополудни
 и стала арена желтее йода
 в пятом часу пополудни,
 то смерть положила личинки в рану
 в пятом часу пополудни.
 Било пять часов пополудни,
 было точно пять часов пополудни.
 
            Помост катафалка, вместо кровати,
 в пятом часу пополудни.
 Могилой флейты ему зазвучали
 в пятом часу пополудни.
 Наполнился мозг его ревом бычьим
 в пятом часу пополудни.
 Агония радугой расцветилась
 в пятом часу пополудни.
 Гангрена выткала траурный бархат
 в пятом часу пополудни.
 Хоботы ириса в зелени паха —
 в пятом часу пополудни.
 От давки народной звенели стекла
 в пятом часу пополудни.
 В пятом часу пополудни.
 О, мрачные пять часов пополудни!
 Было мрачно в пять часов пополудни!
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница