Когда любовь грозит разлукой

- Привет, Мэри. - Джейк ступил на ковер в прихожей. - Приятно видеть, что семейка Торнов еще тебя не уволила. 
- Ой, мистер Торн! - Мэри захихикала. Лекси с удивлением осознала, что слышит ее смех впервые за долгое время. На протяжении последних месяцев в доме Торнов было мало поводов для веселья. 
Мэри заметила тень, пробежавшую по лицу Лекси, и мгновенно умолкла. 
- Ой, прости, деточка, - поспешно извинилась она. - Сейчас не время смеяться. 
- Не глупи, Мэри, - Лекси взяла ее за руку. - Доминик не хотел бы видеть нас несчастными. 
Разве? - усмехнулся тихий голосок в ее душе. За последние несколько месяцев Доминик очень постарался сделать нас такими же несчастными, каким был он сам. И Мэри не могла не замечать этого. Все знакомые чувствовали странную атмосферу в доме и понимали, что Доминик стал другим. А что говорить о неуловимых пугающих переменах в Сэме, который из счастливого крепыша превратился в робкого замкнутого мальчика. 
- Я знала, что вы вернулись, мистер Торн. - Мэри снова заулыбалась. Таксист недавно привез ваш чемодан. - Она неуверенно взглянула в сторону Лекси. - Комната для гостей готова... если потребуется. 
- Спасибо, Мэри. Сейчас у Бонни и Клиффа гостят другие родственники, поэтому мистер Торн эту ночь проведет у нас, - бесстрастно сказала Лекси. Может быть, Джейк поймет намек и останется здесь всего на одну ночь. Она умоляюще посмотрела в сторону Мэри. - Ты ведь вернешься сюда после свадьбы твоей племянницы, правда, Мэри, еще на несколько дней? - с тревогой спросила она. - Бонни сказала, что управится без твоей помощи до конца недели, тем более что мы отменили все наши приемы и обеды. 
- Ты все еще помогаешь Бонни с ее домашним ресторанчиком? - вмешался Джейк. 
Лекси вскинула подбородок. 
- Мы с Бонни давно уже стали партнерами, - пояснила она. Ей показалось, что сейчас подходящий момент сообщить Джейку о своих намерениях. - Вообще-то мне пригодится мой кулинарный опыт, когда мы с Сэмом уедем отсюда и переберемся ближе к городу. 
- Ты хочешь продать дом и уехать из Бокхэм Хиллз? 
Ей послышалось неприкрытое удивление (или осуждение?) в голосе Джейка. Опасаясь посмотреть в его проницательные голубые глаза, она поспешно отвела взгляд и повернулась к Мэри. 
- Ой, деточка, как же можно! - воскликнула Мэри, на ее обычно спокойном лице отразилось изумление. 
- Никому ни слова! - резко сказала Лекси. В молчании Мэри она была уверена. Но Джейк мог проболтаться. - Я еще ничего не говорила Бонни. Я только что решила. Я... - она запнулась. - Я хочу начать новую жизнь. Лекси решила: незачем сообщать им, что она собиралась уехать еще до гибели Доминика. - Я сама ей скажу, - твердым голосом добавила она. 
Мэри закусила губу. 
- Да, конечно... 
- Ты не могла бы чайку заварить, Мэри? - быстро сказала Лекси, не дожидаясь, пока они опомнятся и начнут задавать вопросы. - Я уверена, что Джейк не откажется от чашки чая. Он только что с самолета. А потом ты сможешь спокойно пойти собираться на свадьбу твоей племянницы. - Лекси развернулась и направилась в спальню. 
- Я покажу тебе твою комнату, Джейк. Ты можешь вымыться, пока Мэри готовит чай. Ванная прямо напротив. Она в полном твоем распоряжении, - сухо сообщила Лекси. Ей не хотелось, чтобы Джейк подумал, что они будут пользоваться одной ванной комнатой. Лекси ничего не собиралась с ним делить. 
Третья глава 
Лекси заметила, что чайная чашка дрожит в ее руке. Ей было бы намного легче, если б Мэри была рядом, но пожилая женщина исчезла в своей комнате, собираясь на свадьбу племянницы. 
И почему я не поехала к Бонни, - сердито размышляла Лекси. Лучше уж находиться среди друзей и родственников Доминика, чем здесь, наедине с Джейком, где не укроешься от его проницательных голубых глаз. В толпе она смогла бы держаться от него подальше. А здесь - нет. 
В воздухе между ними чувствовалось напряжение. Казалось, повисшая в комнате тишина наполнена сладкими и болезненными воспоминаниями, затаенными обидами, незаданными вопросами... и острым сексуальным возбуждением. 
Именно Джейк первым нарушил молчание. 
- Ты похорошела, Лекси. Ты можешь стать потрясающей телеведущей, если решишь продолжить свою журналистскую карьеру, - многозначительно заметил он. - С твоими необыкновенными темными глазами, иссиня-черными волосами и белой кожей, да еще с таким хрипловатым сексуальным голосом, ты бы добилась сногсшибательного успеха на телевидении. 
- Не нужно мне твое телевидение! - буркнула Лекси, почувствовав, что от слов Джейка ее сердечко забилось в два раза быстрее. - Я собиралась стать писательницей. Писать статьи, очерки, рассказы... 
- А что тебе мешает? 
- Дом и ребенок, которого нужно воспитывать! - огрызнулась она. - У меня нет времени на сочинение историй. В любом случае, мне это и не нужно. Я хочу быть рядом с моим сыном. Я всегда мечтала об этом, помнишь? Быть матерью и женой. - Твоей женой, мысленно добавила она. Только Джейк не хотел, чтобы его заарканили. Ему нравилось мотаться по свету, рисковать, жить на полную катушку, не обременяя себя семейными узами. 
- У тебя не было дома и ребенка, когда я уезжал на Амазонку, усмехнувшись, напомнил Джейк. - В то время ты собиралась потрясти мир своими статьями и рассказами. Или ты с самого начала хитрила, пытаясь подцепить меня на крючок? 
Он посмотрел ей в глаза. 
- Я угадал, да? Или ты сразу забыла о своих планах, когда Доминик сделал тебе предложение. Может, ты решила выйти замуж, чтобы отомстить мне за то, что я не взял тебя с собой на Амазонку? Или, скорее всего, за то, что я не поступил так, как хотела ты: не согласился остаться дома и плясать под твою дудку! 
- Это не... - начала было Лекси, но вовремя остановилась. Как же ей оправдаться, не рассказав ему...? - Пожалуйста, Джейк, не сейчас! - мольба вырвалась у нее, как крик боли. 
- Прости, - хрипло сказал Джейк. - Ты права. Сейчас не время. Тем более что мы прошли через это три года назад. - Вздохнув, он откинулся на спинку стула, разглядывая ее лицо с таким выражением, словно смотрел на кекс с изюмом Мэриного приготовления. 
- Эти глаза, - пробормотал Джейк после короткой паузы, - всегда были самой выразительной чертой на твоем лице, Лекси. Но сейчас они стали еще прекраснее. В них больше глубины, зрелости, сильных чувств. И... боль я тоже вижу в них, Лекси? - спросил он более мягким тоном.