Полет над бездной
- Разумеется, - отозвался Оссилеге. - Мы пойдем в мои личные апартаменты. - Сердито посмотрев на Трипио, он обратился к калрисситу: - А этой штуковине, думаю, следует остаться на борту вашего корабля.
- До чего же невежливо… - начал Трипио, но адмирал так зыркнул на него, что бедный дройд сник.
- Остальных прошу за мной. - Ландо посмотрел на Календу, но та лишь пожала плечами. Видно, и у нее возникла такая же мысль.
Адмирал столько времени проводил на мостике, что никому не могло прийти в голову, что у него могут быть личные апартаменты. Но оказалось, что у него действительно имеются собственные апартаменты, куда Оссилеге и повел своих гостей. Ландо всегда считал себя знатоком по части оформления помещений и эстетом. Его наметанному глазу тотчас стало понятно, что роскошные адмиральские апартаменты представляют собой сочетание несочетаемого. Роскошь соседствовала со спартанской простотой, огромное и великолепное уживалось рядом с мелким и дешевеньким.
Кают-компания представляла собой величественное помещение: кремовые стены и синие ковры. Она потрясала своими размерами: она была вдвое больше любого другого помещения на корабле. Почти всю переборку занимал огромный, двухметрового диаметра иллюминатор. Заглянув в него, Ландо увидел дух захватывающий вид планеты Дролл на фоне ночного неба. Светильники были расположены так, что ни один предмет не отбрасывал тени.
Что же касается личных удобств, то в апартаментах их, по существу, и не было. Походная койка в углу, рядом с ней - складной столик. Зато койка заправлена идеально. Подушка взбита и положена точно посередине кровати и в том самом месте, где одеяло и верхняя простыня аккуратно, без единой морщинки отогнуты. Порядок, царивший в помещении, указывал на то, что адмирал Оссилеге, в распоряжении которого было множество вестовых и дройдов-слуг, заправляет кровать собственноручно. Он, видно, не из тех, кто доверяет кому бы то ни было столь ответственную операцию, как заправка постели. Рядом - будильник, портативное ПУ, лампа-ночник и одна-единственная, но довольно толстая книга. Что это такое - объемистый роман, исторический фолиант, бакуранский религиозный текст или же устав бакуранского флота - Ландо не смог определить.
Никаких других предметов личного пользования в кают-компании не было. Очевидно, все эти вещи были спрятаны в шкафы и сундуки. В дальнем углу возле двери - простой письменный стол с небольшой, аккуратной стопкой документов с одной стороны и стопкой гораздо толще, но столь же аккуратной, куда были сложены проработанные материалы, - с другой. Сбоку - письменные принадлежности, настольная лампа, электронная записная книжка и еще одно ПУ. И больше ничего. Письменный стол был расположен таким образом, что, когда адмирал садился за него, как он это сделал сейчас, великолепный вид из иллюминатора оказывался у него за спиной. Кроме стула, на котором сидел адмирал, другой мебели не было. Однако Ландо заметил выкрашенного в шаровый цвет дройда-слугу, который вошел вразвалку в кают-компанию, неся на спине три складных стула. Поставив стулья возле стола с поразительной быстротой и ловкостью, дроид исчез.
Все трое гостей сели лицом к столу, и адмирал выжидающе посмотрел на них.
- Расскажите мне все, что вы знаете о Центральной Станции, - проговорил он.
Прочистив горло, первой заговорила лейтенант Календа. В голосе ее была некоторая нервозность.
- Суть нашего доклада состоит в том, что Центральная Станция является устройством, уничтожающим планеты. Именно ее используют для превращения звезд в сверхновые.
- Понимаю, - произнес адмирал с таким видом, словно Календа сообщила ему меню ужина.
- Кроме того, мы уверены, что планетарные репульсоры представляют собой средство для отключения Центральной.
- Неужели? - спросил Оссилеге все тем же бесстрастным тоном. - Весьма интересно. А не расскажете ли вы мне об этом несколько подробнее?