Тринадцатый

Хотя Петроний был уже в кабинете, он не видел министра. Одну руку он держал на груди, а другой ощупывал себя: не расстегнулась ли какая-нибудь пуговица.
Вокруг него темнота, только виднеются два больших, очень больших окна. Вдруг из тьмы послышался голос:
– Что вы хотите?
Но Петроний не мог сообразить, откуда долетел до него этот голос. Ему показалось, что первое слово «что» произнесено прямо перед ним, второе слово «вы» донеслось слева, а третье слово «хотите» – справа.
Он ничего не ответил.
– Вы Петроний Евремович? – сказал тот же голос, но сейчас ему показалось, что он донесся сверху, с потолка.
Петроний зажмурился и сказал про себя: «Но избави нас от лукавого», потом проглотил слюну, которая заполнила его рот, и, наконец, сказал:
– Петроний Евремович, ваш покорный слуга.
– И что вы хотите? – раздался тот же голос, но уже снизу.
– Двадцать один год… безупречной службы… лошадь, которая меня везла, столько же… я покорнейше прошу…