Час расплаты
- Жизнь не обращается с тобой ни так, ни этак, - ответил Куай-Гон. - Она просто идет своим чередом. Лишь от нас самих зависит, будем ли мы справедливы или нет.
- Да, никогда не поздно преподать мне немного джедайской мудрости, - презрительно бросил Ксанатос. - И всегда одно и то же - одни загадки. А теперь поразмысли над этим, джедай - поскольку вы не присутствовали на суде, я сам пришел к вам. Я был ключевым свидетелем со стороны обвинения. У меня были доказательства ваших преступлений, записи со многих планет, где вас также обвиняли в преступлениях, россказни о том, как вам постоянно удавалось избежать правосудия. И наконец правосудие застало вас на Телосе. Очень помогло присутствие убитого горем отца, оплакивавшего смерть своего сына от руки твоего ученика. - Ксанатос тяжело вздохнул. - Бедняга Брук. Я всегда считал, что его стоит лишь немного подтолкнуть, и он обретет успех. Ну откуда я мог знать, что Оби-Ван помешает ему?
Ксанатос поднял руки и хлопнул в ладоши. Звук очень напоминал тот, с которым Брук сломал себе шею, упав на камни у водопада. Оби-Ван едва не сморщился. Он не доставит Ксанатосу это удовольствие. Но глубоко внутри он все еще ощущал шок. Чувство вины и беспомощности охватило его, когда он вспомнил безжизненный невидящий взгляд Брука, его выброшенную вперед руку, словно он молил о помощи.
- Суд, возможно, и выслушал твою ложь, - быстро проговорил Куай-Гон, чувствуя огорчение Оби-Вана и пытаясь отвлечь Ксанатоса на себя. - Но когда в Храме узнают…
Ксанатос расхохотался: - Когда в Храме узнают о вашей участи, вы уже будете мертвы. Это наказание для вас, джедаи. Вас приговорили к смертной казни.
Внезапно Ксанатос наклонился вперед. Его синие глаза горели ярким пламенем, бледная кожа на лице натянулась. Его лицо напоминало голый череп с угольками вместо глаз.
- И я буду там, чтобы посмотреть, как ты умрешь, - прошипел он Куай-Гону в лицо.