Основатели

Без всякой надежды Пониетс пустил еще один пробный шар. 
- Ваше преосвященство, могу ли я надеяться на встречу с заключенным? 
- Еще раз повторяю, - Магистр оставался холоден, - асконское законодательство сурово, и общение с взятыми под стражу запрещено. 
- Ваше преосвященство, умоляю вас проявить сострадание к заблудшей душе этого человека в тот час, когда тело его находится в ожидании сурового, но справедливого наказания. Все это время, пока жизнь его находилась под угрозой, он был лишен духовного утешения, и сейчас он способен отойти в царствие Духа Галактики нераскаявшимся. 
Великий Магистр недоверчиво покосился на торговца. 
- Вы хотите сказать, что являетесь утешителем заблудших душ? 
- Увы, ваш недостойный собеседник получил соответствующее образование, - лицо Пониетса преисполнилось скорби. - В пустоте бескрайнего Космоса мы, бродячие торговцы, крайне нуждаемся в людях, способных заботиться о духовной стороне нашей жизни странников, занятой в основном мыслями о мирских заботах и коммерции. 
Владыка Аскона задумчиво прикусил нижнюю губу. 
- Да, я понимаю... Всякий живущий, уходя к душам своих праотцов, обязан подготовиться. Но никогда мне не приходило в голову, что и торговец в состоянии быть верующим. 
3 
Аскель Гороу заворочался на койке и приоткрыл левый глаз. Лиммар Пониетс вошел в дверной проем и с грохотом захлопнул за собой обитые железом створки. Гороу что-то буркнул себе под нос и поднялся на ноги. 
- Пониетс! Они все-таки прислали именно тебя!.. 
- Это всего лишь случайность, - горько произнес Пониетс. - Или козни моего личного дьявола. Пункт первый: ты попадаешь в переделку на Асконе. Пункт второй: мои торговые дела, что отлично известно Торговой Комиссии, вынудили меня оказаться на расстоянии всего в пятьдесят парсеков от данной системы - и как раз в то время, когда происходят те события, которые изложены в пункте первом. И, наконец, пункт третий: Комиссии также известно, что раньше мы работали вместе. Ты считаешь это простым совпадением обстоятельств. Я нахожу совсем иной ответ. 
- Не увлекайся! - предостерег Гороу приятеля. - Здесь может быть прослушивание. При тебе есть искривитель поля? 
При виде поднятой Лиммаром правой руки, на которой сверкал узорчатый браслет, Гороу вновь расслабился. 
Пониетс прошелся по камере. Она была пуста и просторна. Освещение не заслуживало упреков, и различные сопутствующие тюрьме запахи также отсутствовали. 
- Слушай, Аскель, у тебя тут прямо санаторий, только что за ухом не чешут!.. 
Гороу не обратил на сарказм Лиммара никакого внимания. 
- Слушай, а как, собственно, тебе удалось сюда пробраться? Я вот уже третью неделю как нахожусь в строжайшем одиночном заключении. 
- Как раз со дня моего прибытия! Угадал? Получается, что у старикана, который здесь крутит все дела, имеется свое слабое место... Он полон благочестивых идей, и я отнюдь не безрезультатно воспользовался этим! Так что перед тобой стоит твой духовный пастырь. Все-таки в священнослужителях есть и свои полезные моменты - он к вящей выгоде своей с удовольствием разорвет тебе глотку, но ни за что не согласится отказать в спасении твоей нематериальной души, существование которой под большим вопросом. Это служит иллюстрацией к практикуму по эмпирической психологии. А торговец обязан разбираться во многих вещах - хотя бы понемногу. 
Гороу саркастически улыбнулся. 
- А ты как раз и учился в духовной семинарии! Ты умница, Лиммар, и я рад, что прибыл именно ты. Но не думаю, что Магистру так нравится исключительно моя душа... Он не намекал на выкуп? 
Пониетс хищно прищурился. 
- Еще как намекал! И грозил в противном случае газовой камерой. Так что я избежал риска, не настаивая на развитии этой темы - там могла скрываться ловушка. Но скорее всего - простое вымогательство. Чего он может хотеть?.. 
- Чего? Золота. 
- Золота?! - Пониетс поднял бровь. - Металл? Зачем оно ему?! 
- Это на Асконе средство платежей. 
- А... Ну тогда понятно. И где я ему достану золота? 
- Где угодно. Но достанешь. Ты не кривись, это все чертовски важно. Пока ноздри Магистра чуют аромат золота - я в безопасности. Наобещай ему любое количество - какое запросит. И если понадобится, отправляйся прямиком на Термин. И когда меня освободят и вышлют из системы под конвоем - мы с тобой расстанемся. 
Неодобрение сквозило в поведении и взгляде Пониетса. 
- А затем ты в надежде на успех вновь притащишься на Аскон, и я буду снова тебя вытаскивать? 
- У меня задание - любой ценой продать Аскону атомную технику. 
- Ты не успеешь вернуться даже на один парсек, как будешь схвачен. И я не думаю, что сообщаю тебе что-нибудь новенькое. 
- Меня не схватят, - сказал Гороу. - Но даже будь это так, мое решение не изменится. 
- И при следующей попытке ты будешь убит. 
Гороу равнодушно пожал плечами. 
- Я все же попытаюсь договориться с Великим Магистром. Пока я действовал с завязанными глазами, но попробую разобраться в ситуации. 
- Вряд ли, - тихо сказал Пониетс. - Пока что любая моя реплика, самая невинная, доводила его преосвященство до сердечного приступа. 
- Положение достаточно несложно, - перебил его Гороу. - Единственная возможность закрепить безопасность Термина на Периферии - создать везде, в том числе на Асконе, торговое государство под контролем религии. Для навязывания политического диктата у нас пока не хватит силы. Так что торговля - это все, на что мы способны для поддержания контроля над Четырьмя Королевствами. 
Пониетс кивнул. 
- Это я и так понимаю. Любая система, отказывающаяся приобретать наши атомные устройства, не может регулироваться религиозными структурами. 
- Правильно. И поэтому автоматически становится оплотом враждебности и неприятия. 
- Ладно, - сказал Пониетс, - оставим теории. Что конкретно мешает торговле с Асконом? Их верования? Великий Магистр имел в виду именно это. 
- Их религия - некая форма поклонения предкам. В древних сказаниях упоминается нечестивое прошлое, которое искупили несколько наивных пророков. В такой искаженной форме описывается анархия столетней давности, когда с планеты было выдворено имперское воинское формирование, и к власти пришло независимое правительство. И любой продукт науки и прогресса, включая атомную энергетику, неизбежно отождествляется с тогдашним имперским режимом. А он вызывает у местных лишь ужас.