Миры Айзека Азимова. Книга 1
22
Удивительно, как этот последний поступок овладел воображением мира. Все, что Эндрю делал прежде, не поколебало предрассудки. Но когда он принял смерть, лишь бы стать человеком, отвергнуть такую великую жертву оказалось невозможным.
Заключительную церемонию сознательно назначили на день его двухсотлетия. Постановление, признающее его человеком, подписал Всемирный президент, и этот торжественный акт транслировался по всемирной телевизионной сети с ретрансляцией в Лунные Штаты и даже в Марсианскую колонию.
Эндрю сидел в кресле-каталке. Он еще мог ходить, но с трудом.
Всемирный президент, на которого в эту минуту взирало все человечество, сказал:
— Пятьдесят лет назад вас, Эндрю, объявили Полуторастолетним Роботом.
Он сделал паузу и продолжал гораздо более торжественным тоном:
— Сегодня мы объявляем вас Двухсотлетним Человеком, мистер Мартин.
И Эндрю, улыбаясь, протянул руку, чтобы пожать руку президента.
23
Эндрю лежал в постели, и его мысли медленно угасали.
Он отчаянно старался овладеть ими. Человек! Он — человек! Ему хотелось, чтобы это было его последней мыслью. Он хотел распасться… умереть с ней.
Он открыл глаза в последний раз и узнал Ли-Цинь, скорбно стоящую рядом. Вокруг стояли еще люди. Но это были всего лишь тени, безликие тени. В сгущающемся сером тумане была видна только Ли-Цинь. Медленно, дюйм за дюймом он протянул к ней руку и очень смутно, очень слабо ощутил, как она взяла эту руку в свои.
Она таяла перед его глазами, пока его последние мысли уходили во мглу.
Но прежде чем она исчезла окончательно, последняя ускользающая мысль достигла его сознания и задержалась на миг перед тем, как все остановилось.
— Крошка-Мисс… — прошептал он так тихо, что его нельзя было услышать.
Послесловие
Тем из вас, кто читал некоторые (или даже все) мои рассказы о роботах, я благодарен за верность и терпение. Тем, кто еще не успел, надеюсь, эта книга доставила удовольствие, — как мне, в свою очередь, доставила удовольствие встреча с вами, — и я верш, что скоро мы встретимся вновь.
