Песнь о Роланде. Коронование Людовика. Нимская телега. Песнь о Сиде. Романсеро

XXIII
 
 
Сказал король: «Гильом, вы — храбрый воин,
 
Так что ж боитесь мнения дурного?
 
 540Владеть один я не хочу страною.
 
Вам — Шартр, мне — Орлеан с моей короной,
 
Раз у меня не просите вы больше».
 
«Нет, ни за что! — Гильом воскликнул громко. —
 
От всех богатств земли мне мало проку,
 
 545Коль разорю я своего сеньера,
 
Чье достоянье сам мечом умножил.
 
Вы — мой король, мне вам вредить негоже.
 
Был я в Михайлов день на богомолье  [354]
 
В Сен-Жиле у Эгидия святого
 
 550И там гостил у одного барона.
 
Употчевал меня хозяин вдоволь,
 
Коню овса и сена задал вволю,
 
Потом своих вассалов вывел в поле,
 
Позвал меня, чтоб с ними я развлекся,
 
 555Но мой скакун хозяйскою женою
 
Был схвачен под уздцы и остановлен.
 
Она мне стремя придержала ловко,
 
Я спешился и с нею через погреб
 
Прошел наверх, в чердачную каморку,
 
 560Где мне хозяйка вдруг упала в ноги.
 
Вообразил я, что игрой любовной
 
Потешиться со мной она охоча,
 
И к ней, когда б в том был уверен точно,
 
Озолоти меня — не подошел бы.
 
 565Спросил я: «Госпожа, что вам угодно?»
 
«Чтоб вы спасли нас, рыцарь благородный,
 
И стали краю нашему оплотом
 
Ради того, кто ра́спят на Голгофе».
 
Тут подвела она меня к окошку,
 
 570И вижу я окрест неверных толпы.  [355]
 
Жгут города они и колокольни,
 
Громят монастыри и храмы божьи,
 
У женщин груди отрезают злобно.
 
Я так проникся жалостью и скорбью,
 
 575Что навернулись на глаза мне слезы.
 
Тогда призвал в свидетели я бога
 
И клятву дал Эгидию святому,
 
Что той земле приду на помощь скоро
 
И приведу с собой побольше войска».
 
 
XXIV
 
 
 580Смельчак Людовик молвил: «Вижу, граф,
 
Скорбите вы о тех, кто страждет там,
 
За этот край болит у вас душа.
 
Готовьтесь же отправиться туда.
 
Примите в лен, храбрец, испанский край,
 
 585И вот в залог моя перчатка вам.
 
Всего одно условье ставлю я:
 
Коль на поход достанет сил у вас,
 
Не требуйте подмоги от меня».
 
«Я много не прошу, — Гильом сказал,—
 
 590В семь лет ее мне шлите только раз».
 
Король ему в ответ: «Да будет так!
 
Вам все, что ни попросите, я дам».
 
Воскликнул граф: «Спасибо, государь!»
 
Племянников глазами отыскал,
 
 595Двух отпрысков Бернара де Бребан.
 
Один звался Гелен, другой — Бертран.  [356]
 
Гильом к себе обоих подозвал:
 
«Приблизьтесь-ка, Гелен! Сюда, Бертран!
 
Вы мне друзья и ближняя родня.
 
 600Пред троном встаньте, чтоб от короля
 
В залог его щедрот перчатку взять.
 
Мой лен, труды, расходы и блага —
 
Все будем мы втроем делить всегда».
 
С улыбкой внял Гелен его словам
 
 605И еле слышно брату прошептал:
 
«Сейчас я дядю огорчу весьма».
 
Бертран ему: «Так поступать нельзя.
 
Суров и вспыльчив у Гильома нрав».
 
Юнец Гелен в ответ: «Ну и пускай!
 
 610Мне только двадцать лет, я слишком слаб
 
И не созрел для ратного труда».
 
Расслышал все его отец Бернар,
 
Едва от гнева не сошел с ума,
 
Хлестнул с размаху сына по щекам:
 
 615«Трус! У меня ты честь решил отнять?
 
Ступай вперед и перед троном встань.
 
Клянусь Петром, что нас впускает в рай,
 
Коль ты дерзнешь перчатку не принять,
 
Тебе я дам мечом такой удар,
 
 620Что не поставит наилучший врач
 
До самой смерти на ноги тебя.
 
Вы с братом лен пойдете добывать,
 
Как добывал я в юные года.
 
Клянусь Петром, что нас впускает в рай,
 
 625Земли вам не оставить ни клочка —
 
Я сам решу, кому ее отдать».
 
Шагнул вперед Гелен, за ним Бертран.
 
На мраморной плите они стоят
 
И молвят так, чтоб каждый услыхал:
 
 630«Нас обделил Бернар, родитель наш,
 
Но за обиду взыщем не с отца,
 
А с сарацин и персов мы сполна.
 
Для них година черная пришла —
 
Их тысячами будут убивать».
 
 
XXV
 
 
 635Встал граф Гильом на мраморные плиты
 
И так заговорил, чтоб каждый слышал:
 
«Бароны милой Франции, внемлите.
 
Господь мне земли ниспослал большие —
 
На целых тридцать пэров их хватило б,
 
 640А ведь и день один еще не минул.
 
Всех рыцарей, что молоды и нищи,
 
Чьи кони хромы, чья одежда в дырах,
 
Кому за службу заплатить забыли
 
И кто готов идти за мною в битву,
 
 645Я оделю землей, казной осыплю.
 
Они получат замки и твердыни,
 
Коль лен мой мне добыть помогут силой
 
И веру божью примут под защиту.
 
Эй, рыцари, что молоды и нищи,
 
 650Оруженосцы, что пообносились,
 
За мною на Испанию идите,
 
Мой лен добыть мне помогите силой,
 
Возьмите веру божью под защиту,
 
И я казною каждого осыплю,
 
 655Дам всем наделы, замки и твердыни,
 
Коней испанских, резвых и мастистых!»
 
Послушали его бойцы лихие,
 
Воскликнули в веселии великом:
 
«С собой нас всех, сеньер, в поход ведите.
 
 660Кто без коня, тот и пешо́й сгодится».
 
Когда б вам этих рыцарей увидеть,
 
Оруженосцев-бедняков исчислить!
 
Набрал Гильом, маркграф неустрашимый,
 
Всего за час их тридцать тысяч с лишним.
 
 665Чем мог, тем каждый и вооружился.
 
Все графу поклялись бесстрашно биться,
 
Иль пусть отрубят руки им секирой.
 
Возрадовался от души воитель,
 
С признательностью прочитал молитву,
 
 670Разумно всем и вся распорядился,
 
Потом пошел с Людовиком проститься.
 
Король Гильому отпуск дал учтиво:
 
«Ступайте, граф, язычников разите,
 
И да поможет вам господь всевышний
 
 675Вернуться к нам живым и невредимым».
 
Ушел Гильом, маркграф неустрашимый,
 
И рыцари толпой с ним удалились.
 
Тут в тронный зал старик Эмон явился  [357]—
 
Пусть вседержитель в ад его низринет!
 
 680Приблизился он к трону, молвил тихо:
 
«Вы, император, промах совершили».
 
«Сеньер, какой?»— Людовик удивился.
 
Эмон сказал: «Ответить не премину.
 
Вы к нехристям с Гильомом отпустили
 
 685Воителей отважных много тысяч
 
И цвета вашей Франции лишились.
 
Где взять нам войско, коль война случится?
 
К тому ж вернется пенили граф спесивый
 
И в нищих превратятся остальные».
 
 690Вспылил Людовик: «Вздор вы говорите.
 
Гильом к сраженьям сызмалу привычен.
 
Меж рыцарей никто с ним не сравнится.
 
Мечом всегда он мне служил отлично.
 
Даст бог, вернется он как победитель,
 
 695Испанский край от нехристей очистит».
 
Был в зале том один достойный рыцарь,
 
Которого Готье Тулузцем кличут.
 
Услышал он, как графа очернили,
 
Стал от досады хмур и гневен ликом,
 
 700По лестнице спустился торопливо,
 
Успел наперерез Гильому выйти
 
И за узду его коня схватился.
 
«Сеньер, — сказал он, — хоть вы рыцарь истый,
 
Вас во дворце ни в грош не ставят ныне».
 
 705«Кто клеплет на меня?» — Гильом воскликнул.
 
Готье в ответ: «Не стану я таиться.
 
Старик Эмон вас поносил открыто
 
Перед законным нашим властелином».
 
Граф молвил: «Я воздам ему сторицей,
 
 710И если не погибну на чужбине,
 
Останется без рук мой очернитель,
 
Утоплен будет иль в петле повиснет».
 
Готье сказал: «Вы б лучше там грозились,
 
Где пребывает подлый ваш завистник.
 
 715Советую вам со злословом низким
 
Сегодня ж по заслугам расплатиться.
 
Еще не вышли в поле вы с дружиной,
 
А он уже вас опорочить тщится».
 
Граф рек: «Вы правы, друг, ручаюсь жизнью!»
 
 720Готье помог ему на землю спрыгнуть,
 
И в зал они, рука в руке, вступили.
 
Навстречу графу встал Людовик быстро,
 
Прижал его к груди что силы было,
 
Сердечно с ним расцеловался трижды,
 
 725К нему с учтивой речью обратился:
 
«Сеньер Гильом, быть может, вы хотите,
 
Чтоб на дорогу вас казной снабдили?
 
Я вам ее велю без счета выдать».
 
Гильом в ответ: «Нет, государь, спасибо.
 
 730Я всем запасся, что необходимо.
 
Мне лишь одну, король, явите милость:
 
В советниках мерзавца не держите».
 
Гильом окинул взглядом зал обширный,
 
Эмона увидал посередине,
 
 735Поносными словами разразился:
 
«Трус, пусть всевышний в ад тебя низринет!
 
За что честной вассал тобой унижен,
 
Хоть никогда тебя он не обидел?
 
За что во всем вредить ты мне стремишься?
 
 740Но я тебя, клянусь святым Денисом,
 
Не отпущу, с тобой не расплатившись».
 
Тут рукава он засучил повыше,
 
Врагу рукою левой в кудри впился,
 
А правой так его по горлу двинул,
 
 745Что горловая кость переломилась,
 
И мертвым пал предатель злоречивый.
 
Тулузец за ноги, а граф под мышки
 
Схватили труп и за окно пустили.
 
На яблоню упал он, зацепился
 
 750И ствол ей обломал до половины.
 
Вскричали оба: «Вор и проходимец,
 
Ты больше ложью ни гроша не снищешь!»
 
«Король, — Гильом добавил горделиво,—
 
Не доверяйте кознодеям льстивым —
 
 755Не жаловал вовек их ваш родитель.
 
А я в испанский край походом двинусь.
 
Он вашим станет, коль я не погибну».
 
«Ступайте, граф, язычников разите,
 
И да поможет вам господь всевышний
 
 760Вернуться к нам живым и невредимым».
 
Ушел Гильом, маркграф неустрашимый.
 
Идет с ним много знати родовитой,
 
Идут его племянники родные.
 
Коней под тяжким вьюком с ними триста.
 
 765Скажу вам, что́ везут передовые:
 
Распятья, дароносицы и ризы,  [358]
 
Кадила, псалтыри, епитрахили.
 
Достигнет рать владений сарацинских —
 
Ей, первым делом, нужно помолиться.